Автор
В чернилах смерти и алмазах страстей — Эта история о молодой историографе, воссоздающей жизнь древнего галлия через очаровательные детали жизни и трагедии жителей. Вера находит неожиданный ключ к пониманию прошлого, открывая темные стороны истории изнутри, как саламандра мифическая, но реальная в повседневной жизни....
– Списывали на ослабленный иммунитет? И все остальное тоже. Она ведь переболела почти всем, чем можно. И главное, чем дольше лечили, тем хуже. Яд накапливался.
Вода в бочонке прозрачна. И ничем не пахнет. Герман лизнул каплю – вкус обыкновенный, точнее, нету вкуса у этой воды.
– Видите ли, Герман Васильевич, в истории медицины есть много любопытного. Вот открыли люди радиацию и поверили, что излучение это – полезно. Появились радиоактивные пилюли, зубные пасты, пудры, шоколад… или устройства, которые «заряжают» воду.
Интересный? Этому интересно? Для него все случившееся – хитрая задачка. И мальчишка радуется, задачу решив.
– Играет роль не только доза, что логично, но и расстояние. Чем ближе, тем опасней. А что нам ближе собственной крови? Вода становилась частью ее. И радиация тоже. Каждый день, из года в год ваша дочь получала дозу этого яда. Ее тело разрушалось изнутри…
…и болезни, болезни, болезни.
– Я сегодня не хочу есть…
Тошнота.
– Иммунитет ослаблен.
Поездка на море, и Вере становится легче. Она улыбается. Живет. Снова рисует.
Запирается в комнатах:
– Папа, не мешай, я работаю.
И обморок. Так не пойдет. Надо следить за Верой, но некогда: работа отнимает много времени. Нанять кого-нибудь… медсестру.
– И вы привели Полину.
– Мне рекомендовали.
– А Полина оценила перспективу. Холостой. Занятой.
– Да, – ответила Лера.
Бедная девочка бледна. Ей тоже досталось. А все из-за собственного Германова равнодушия.
– И посоветовала нанять Андрюшку.
…ее надо вытащить из раковины, вывести в люди…
Знакомство. Парень выглядит серьезно. Герману он все равно не нравится.
Ей и вправду следовало бы замуж сходить."
"И детки вдруг да будут.
Парень здоров – тут Герман настоял на полной проверке. Так почему бы и нет?
– Мне одно непонятно, – признался Далматов. – Как Милослава вернулась в дом?
– Вера позвала. На свадьбу. И потом предложила остаться.
– И вы согласились?
– Да. А потом Вера… Веры не… не стало.
Сердце вновь колотится, колет. И дышать тяжело.
