Утром 6 апреля 1945 года советские войска готовятся к штурму Вены. Южной и восточной фронтами атакуют две гвардейские армии — 4-я и 9-я. Гитлеровцы упорствуют в сопротивлении, оставаясь последним бастионом на пути к южной Германии. Таможенники и местные жители наблюдают за боем из окна кафе, пытаясь разобраться в происходящем....
Работа продолжается? Все в порядке?
– Да, господин майор, мы стараемся изо всех сил… Но знаете, наше здание недавно осмотрели какие-то люди, показали странные документы, так предвзято разговаривали… Некоторые из них хорошо понимают немецкий язык… Они сказали, что еще зайдут, требовали предоставить списки всех сотрудников и их личные дела…
– Это мой недосмотр, господин Шварцен, – перебил Гордин. – Сделано все возможное, чтобы эти люди больше не приходили. Можете спокойно работать. Но помните, залог вашей безопасности – это плодотворное сотрудничество с нашим ведомством, надеюсь, вы еще помните его название?
– О да, конечно, его невозможно забыть… – Бургомистр не стал продолжать про кошмарные сны и страх от одного названия.
– Работайте на благо горожан и старайтесь не вредить новой власти – и я уверен, мы подружимся. Когда вы в последний раз видели свою дочь, господин Шварцен?
– Она здесь, – снова занервничал бургомистр.
– Ваша дочь много курит?
– Она и выпить может, – бургомистр вяло улыбнулся, – и даже перебрать – невзирая на то, что работала в школе с маленькими детьми. Но для этого нужны соответствующие настроение и обстоятельства… Микаэла злоупотребляла несколько лет назад, когда рассталась со своим мужем, хотя, по моему убеждению, это было радостное событие…
«Все как у людей», – подумал Гордин.
Бургомистр облегченно выдохнул, когда майор направился к двери.
Микаэла находилась в вестибюле, уже не курила, но все еще разговаривала с представительным пожилым человеком, опирающимся на трость. Последний при появлении человека в погонах поспешил удалиться.
– О Иисусе, вы куда-то пропали, Андрей… – Микаэла пристально смотрела ему в глаза. – Вы плохо выглядите, у вас был нервный стресс, вы пережили еще одно неприятное событие.
– Может, и стоит, – вяло допустил Андрей, – но предпочту этого не делать, чтобы лишний раз не травмировать господина Бельзена. Я в порядке, Микаэла. Как прошли последние сутки?
– Тревожно, Андрей.
