Алтын-Толобас — это история любви в стихах на границе двух стран. Когда поезд покидает Латвию и приближается к России, главный герой Николас не может слушать беседы пассажиров — он завороженно смотрит окна, словно пытаясь запечатлеть эти последний миги перед переходом....
Николасу стало невыносимо стыдно. Какой же он эгоист! Да, он позвонил, услышал ее голос, убедился, что жива и успокоился. А каково было ей? Он совершенно об этом не думал. С другой стороны, мог ли он предполагать, что из-за какого-то недовинченного британца Алтын лишится сна и даже замыслит смертоубийство?
Фандорин подошел к маленькой журналистке и дрожащим голосом сказал:
– Я так виноват перед тобой. Сможешь ли ты когда-нибудь меня простить?
– Нет! – злобно ответила она. – Никогда! Наклонись, юшку вытру.
Николас, которому не слишком ласково вытирали платком окровавленные губы, смущенно покосился на невольных свидетельниц этой африканской сцены и увидел, что молоденькая секретарша широко-широко раскрыла глаза, а вторая, платиноволосая, убрала руку от кнопки и подает ему какие-то знаки: шепчет что-то, кивает – вроде как подбадривает или даже подгоняет. В каком, собственно, смысле?
Он перевел взгляд на Алтын. Такая маленькая, а такая опасная и непрощающая.
– Как же мы с тобой будем?..
Хотел сказать «дальше», но не договорил, потому что она сама сказала – ему нет прощения. Никакого «дальше» у них быть не может. Эта мысль вдруг показалась ему совершенно невыносимой."
"Ответ прозвучал неожиданно. Можно даже сказать, загадочно.
Алтын оценивающе осмотрела все два метра николасова роста, покачала головой и вздохнула:
– Да, это будет непросто. Но ничего, как-нибудь приладимся.
Николас решил, что ослышался или же – в силу своей испорченности и неумеренного воображения – неправильно понял, но сзади раздалось прысканье.
Молоденькая секретарша хихикала в ладошку. Зато вторая смотрела на долговязого магистра и маленькую брюнетку со странным выражением, одновременно мечтательным и грустным.
Алтын взяла Фандорина за руку.
– Ладно, Ника, будет публику развлекать. Едем домой.
Он шел за ней по коридору, стараясь делать шаги покороче, и думал: что же там было за слово такое, в письме Корнелиуса? Единственное, которое не сохранилось.
Приложение:
Лимерик, сочиненный Н.Фандориным два месяца спустя, в день бракосочетания
Летят перелетные птицы,Чтоб вовремя с Севера смыться.Но я же не гусь,Я здесь остаюсь.На кой мне нужна заграница?Глава шестнадцатая
И на старуху бывает проруха. Мешок золота. Amour impossible, или луна в болоте. Родоначалие русских Фандориных.
