Амон стоял на коленях перед алтарем Корвидов, приложив ладони к мутной поверхности. Сила кристалла втекала в легионера, но и он позволял глыбе впитывать его энергию. Теплый на ощупь алтарь пронизывали полоски света, которые мгновенно вспыхивали, как импульсы в синапсах мозга, связанного с течениями Великого Океана.
Когда советник и Алый Король вернулись из Планетария, остававшиеся в Мире Девяти Солнц легионеры собрались возле летающей пирамиды Амона, чтобы обновить клятвы верности примарху. Магнус вышел на балкон, и при виде примарха раздался слитный приветственный рев, напомнивший советнику об Улланорском Триумфе, где он вместе с полубогами наблюдал за тем, как миллионы солдат, титанов и бронемашин проходят мимо громадного возвышения.
Теперь все адепты Тысячи Сынов на Планете Чернокнижников способствовали Циклопу в его дерзновенном предприятии. Добавляя свои силы к вкладу собратьев, Амон возвысил разум к девятому Исчислению. Здесь, вдали от мирских забот и ограничений физического мира, сознание псайкера начало порождать призраков минувшего.
Фантомы плыли через мастерскую, будто старые друзья, пришедшие с неожиданным, но исключительно приятным визитом. Амон видел перед собой череду мертвых братьев — убитых на Просперо, сгубленных перерождением плоти или павших в войне за воплощение великой мечты Императора. Духи его коллег-ученых задерживались, чтобы изучить висящие на стенах астрономические таблицы, чародейские гороскопы или неоконченные схемы, которым советник посвящал часы напряженных усилий.
Воин улыбнулся, заметив обветренное лицо Анкху Анена, стража Великой библиотеки. Почитаемый мудрец выглядел в точности так, каким его запомнил Амон: бледнокожий, с проницательным взглядом, одним своим обликом словно бы опровергающий мифы о бессмертии Астартес.
— Ты выглядел старым, еще будучи послушником, — произнес советник.
— Я и был старым, — напомнил Анкху. — Меня почти отвергли. Когда-то детей не пускали на войну из-за малого возраста, но для легиона требовались юноши.
— Даже не представляю тебя молодым.
— Честно говоря, я тоже. — Анен подплыл к огромному алтарю и тоже положил на него ладонь. Уголки рта Анкху тронула меланхоличная улыбка. — Те годы для меня как сон о другой жизни.
— Более простой. С тех пор Галактика изменилась.
— Верно, но кое-что всегда будет таким, как прежде. — Фантом провел пальцами с чернильными пятнами по книжной полке и вскинул бровь.
