Автор
Пораженный ужасом, молодой поэтический проповедник Остин стоял у окна тюрмерной башни над внутренним двором. Сквозь стекло он видел кровавую трагедию – сотни заключенных волокли к судьям, которые казнили их на месте преступления. Атмосфера Парижа в день свержения монархии была жуткой и наполненной ожиданием за новыми убийствами....
И его руки связаны, потому что именно он ответствен за их безопасность. «Дипломатическая неприкосновенность!» – подумал Фуше и яростно заскрежетал зубами. Но в его руках все же осталась одна птичка. Маскарон.
Дайсон спрячет свою герцогиню на яхте и вернется за ним. Фуше был почти уверен в этом. Несколько минут он представлял, какое удовольствие доставит ему захлопнуть ловушку за чертовым англичанином. Однако эти приятные мечтания продлились недолго. Если с англичанином что-то случится на французской земле, голова Фуше полетит с плеч.
Придя в себя, Фуше начал раздавать приказы.
– Торопитесь, мы сейчас же едем в Париж.
С таким же успехом он мог сказать «мы едем в ад», настолько испуганным и жалким стало выражение лица доктора.
– П… Париж? – запинаясь, повторил он.
Холодные глаза Фуше сузились. Он не собирался брать доктора с собой. Но что-то в его взгляде вызывало подозрение.
– Вы что-то имеете против Парижа? – вкрадчиво поинтересовался Фуше.
Несчастный задрожал всем телом, поднял печальные глаза и отчаянно стал всматриваться то в одно, то в другое невозмутимое лицо, будто ожидая от кого-то помощи.
– Итак? – прорычал Фуше.
Доктор был так напуган, что не мог ничего сказать.
На губах Фуше заиграла жестокая улыбка. Он уже получил исчерпывающий ответ. Пару запросов в Париже – и, несомненно, обнаружится что-то такое, за что это сопливое ничтожество отправится на свидание с мадам Гильотиной.
– Подготовьте своего пациента. Вы едете с нами.
Заметив Десаза, Фуше распорядился:
– Десаз, ступайте с ним. Вы лично понесете ответственность, если он сбежит. – Он перешел на устрашающий шепот. – Ну? И чего вы все ждете?
Сдерживаемая ярость в его голосе заставила подчиненных сдвинуться с места. Они бросились выполнять поручения хозяина, понимая, что не стоит ждать дальнейших указаний или озвучивать свои сомнения по поводу того, чем им, собственно, следовало заняться.
