Одет он был безукоризненно, но манера держаться все равно выдавала в нем военного.
– Вот так штука, – с некоторой растерянностью проговорил офицер. – Послушайте, вы из санатория?
– Точно! – вырвалось у офицера. – Ведь я же видел, как вы спустили с лестницы… но из-за тумана не сразу вас признал. Скажите, вам что-нибудь известно о баронессе Корф?
– Об Амалии Константиновне? Да.
– С ней все в порядке? – быстро спросил офицер. – Я имею в виду ее болезнь…
– Доктора говорят, она поправляется. Простите, – спохватился Нередин, – а с кем имею честь?
– Барон Александр Корф, – пояснил офицер. – Я ее муж.
Нередин поглядел ему в лицо и решил не уточнять, что госпожа баронесса, насколько ему известно, пребывает в состоянии развода. И вместо того предпочел назвать свое имя.
– А, наслышан, наслышан о вас… – протянул Корф. – Вы не против, если мы пройдемся? Я торчал тут едва ли не час и успел порядком озябнуть.
Мужчины медленно двинулись вдоль ограды.
– Я вас видел тут раньше, – заметил Алексей. – И другие больные тоже.
– Что ж, может быть, и к лучшему. Кстати, что происходит в санатории? В Ницце я такого о нем наслушался, что уши вянут.
– Погиб один из пациентов, возможно, встретил ночного грабителя, – уклончиво ответил Нередин.
Корф коротко взглянул на него и усмехнулся.
– Не завидую я тому… грабителю. Она еще его не нашла?
– Нет, – удивленно откликнулся Алексей.
– Послушайте, может быть, вы хотите войти? Я приглашаю вас.
– Нет, – коротко ответил Александр, и поэт увидел, как дернулась жилка на его виске.
– Но если вы хотите с ней увидеться…
– Нет. Я хотел только знать, что с ней все в порядке. А видеть меня она все равно не захочет.
– Почему? – поразился Нередин. – Ведь вы проделали такой долгий путь…
– Вы плохо знаете женщин, – снова усмехнулся Корф. – Думаете, ее это тронет? Она решит, что я приехал нарочно, чтобы посмотреть, как она умирает, хотя, видит бог, я жизнь отдал бы, чтобы с ней все было хорошо. Мы расстались не самым лучшим образом… то есть она настояла на разводе, я-то никогда его не хотел. А теперь она знать меня не желает. Если я напишу ей письмо, она порвет его в мелкие клочья и выбросит, не читая. Если я попрошу встречи с ней, ответит, что нам не о чем говорить. Честное слово, мне проще иметь дело с ее взбалмошной матерью, которая тайком передает мне вести о ней, чем с Амалией. Вы женаты?
– Тогда вам меня не понять. Вначале все хорошо, и ты словно ступаешь по облакам, а потом внезапно видишь, что для самого близкого человека превратился в лютого врага. Поневоле начинаешь вести себя как враг. А дальше… дальше все становится все хуже и хуже. Она что-нибудь рассказывала обо мне? – внезапно спросил он.
Нередин покачал головой:
– На нее похоже, – вздохнул Корф.