Мы знаем, что Беренделли сделал крайне странное заявление, которое кое-кто мог воспринять как прямую угрозу разоблачения. Знаем, что кофе в одной из чашек гостей был отравлен, из-за чего лакей Верховских едва не умер. Знаем, что Беренделли был убит после того, как доктор де Молине оставил его в малой гостиной, и до того, как я пришла к нему вместе с тобой и Верховскими. Еще у нас есть платок, которым, судя по всему, убийца вытирал свои руки, и он, без сомнения, женский. А теперь, когда мы установили, кто из присутствующих на вечере имел возможность убить хироманта, мы будем продвигаться вперед шаг за шагом. И прежде чем взойдет солнце, я буду знать, кто именно совершил преступление.
Первые подозреваемые
— Войдите! — крикнула Амалия.
В комнату вошел Александр, вернул баронессе список прислуги и доложил (по крайней мере, со стороны его сообщение выглядело именно как доклад), что он с Павлом Петровичем обошел весь дом, но нигде в чуланах, шкафах и даже в чернильницах не было обнаружено ни единого пожарного, не говоря уже о прочих посторонних. Что касается слуг, то они все на местах, но очень напуганы. Пока барон Корф говорил, Билли скучающе смотрел в окно.
— Что с тем лакеем, Трофимом? — спросила Амалия.
— Ему гораздо лучше, он уснул, — отозвался Корф. — Кажется, Венедикт Людовикович спас ему жизнь, и все обойдется.
— Будем надеяться, — кивнула Амалия, поднимаясь с места. Она взяла со стола найденный платок и, убедившись, что он почти высох, спрятала его в сумочку. — А сейчас я хочу посоветоваться с доктором.
По ее просьбе де Молине прошел в малую гостиную и еще раз осмотрел труп Беренделли. Амалия, ее «кузен» и Александр стояли неподалеку, ожидая, что скажет медик.
— Да, вы правы, — наконец заговорил Венедикт Людовикович. — И слюна, и расширенные зрачки… Вероятно, и в самом деле мышьяк. Но он не успел подействовать… должным образом, скажем так.
— Значит, убийц двое? — вступил в разговор Александр Корф. — Иначе с чего было торопиться с кинжалом…
— Гораздо интереснее другое, — перебила его Амалия и вслед за тем пересказала бывшему мужу, почему хироманта никак не могли отравить кофе.
— В самом деле, занятно, — согласился барон, выслушав ее. — Получается, что его хотели отравить по совершенно иной причине, которая нам неизвестна.
— А возможно, вообще не его, — заметила Амалия. — Что, если яд достался Беренделли по ошибке?
Александр нахмурился и поинтересовался:
— Кто разносил чашки?
— Их принесли слуги. Насколько я помню, кому-то кофе предлагала хозяйка, а кто-то брал сам.
— Нет, — отрезала Амалия. — Но вы правы в том, что человеку, который приносит чашку, гораздо проще добавить туда яд.
Доктор де Молине выразительно кашлянул.
— Боюсь разочаровать вас, госпожа баронесса, — сказал он.