Артур Арсентьев оказывается на советско-польской границе за минуту до Второй мировой войны. Он принимает судьбоносное решение стать американцем, неся Знамен Победы. Перед ним встает необходимость поверить в происходящее и сражаться ради Победы.
Раздел Chitat.online для книги «Американец» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Артур Арсентьев оказывается на советско-польской границе за минуту до Второй мировой войны. Он принимает судьбоносное решение стать американцем, неся Знамен Победы. Перед ним встает необходимость поверить в происходящее и сражаться ради Победы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Григорий Сергеевич Рожков Легкое чтение Любовные романы Фантастика Боевая фантастика подборки серии
Артур Арсентьев оказывается на советско-польской границе за минуту до Второй мировой войны. Он принимает судьбоносное решение стать американцем, неся Знамен Победы. Перед ним встает необходимость поверить в происходящее и сражаться ради Победы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
На лоб давят летные очки, но это мне не мешает…
Чего в облаках витаешь, Артур? Ты на борту боевого самолета летишь на задание, смотри по сторонам, а не размышляй! Справа чуть выше нас идет борт номер 15, там, в корме гондолы, за рукоятками пулеметов сидит Кип, слева и ниже идет номер 5, там Джо. Утром, перед самым вылетом, меня посетила гениальная мысль — провести допрос этого сотрудника ОСС сержанта Джо Миллза. Он определенно знает что-то об отношении НКВД и ОСС ко мне, и его можно «поспрашивать» — он не так опасен и подготовлен к общению со мной, как, например, подполковник Карпов или Майкл Бэй. Вернемся из полета — пообщаюсь с Джо, вытрясу из него информацию…
Опять отвлекаемся, товарищ первый лейтенант? Сколько можно? Небо хоть и большое, но и тут есть где спрятаться, чтобы затем неожиданно ударить в спину… Вертим головой, осматриваем соседей на предмет неожиданных поломок. Нормально все… Пять самолетов из десяти видимых мне — в строю и продолжают полет. Скоро подлетим к цели, сбросим бомбы в пикировании, развернемся и быстро-быстро свалим, пока птички Геринга не налетят. А если и налетят, все равно свалим: нас мало кто догонит.
Ох ты! Мы же сейчас фронт перелетаем! Эге!.. Даже высоту специально набрали, чтобы случайно фанатичный немец не достал. Лепота… Нравится мне такой расклад: ударили — убежали, и мы, то есть практиканты, без происшествий полетаем, получим опыт и вернемся в батальон, и летчики задачу выполнят без лишней головной боли. Нас, наверное, именно поэтому отправили в часть, где на вооружении стоят скоростные пикировщики, которые и без истребительного сопровождения справятся с задачей влегкую, и наши, практикантов, задницы под удар не подставят. Опять за меня боятся? Не хотят узнать, что я обратился в прах во время вылета на не очень быстром и маломаневренном самолете? Конечно, не хотят…
Вот в такой безумной каше из попыток рассуждать обо всем в этом мире и наблюдения за небом наша группа долетела до цели. С земли по гибкому строю легких бомбардировщиков открыли огонь несколько зенитных автоматов. После перелета через фронт мы опустились и пошли не очень высоко, наверное, на тысяче с лишним метров, может, чуть выше, и скорострелки нам могли причинить вред, но маневренность самолетов обеспечивала безопасность.
— Пауэлл! — Голос штурмана, первого лейтенанта Эрика Ди, в наушнике отвлек меня от созерцания через остекление башенки строчек трассирующих снарядов. — Зенитки немцев на открытой местности — дай по ним очередь из пулеметов, пусть заткнутся: они мешают наводиться на цель. Сейчас строй слегка опустит хвосты на наборе высоты.
— Принято, — откликнулся я.
Снимаем крепление, пулеметы теперь свободно двигаются, включаем коллиматор, красная сеточка прицела отразилась в линзе.
