Артур Арсентьев оказывается на советско-польской границе за минуту до Второй мировой войны. Он принимает судьбоносное решение стать американцем, неся Знамен Победы. Перед ним встает необходимость поверить в происходящее и сражаться ради Победы.
Раздел Chitat.online для книги «Американец» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Артур Арсентьев оказывается на советско-польской границе за минуту до Второй мировой войны. Он принимает судьбоносное решение стать американцем, неся Знамен Победы. Перед ним встает необходимость поверить в происходящее и сражаться ради Победы.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Григорий Сергеевич Рожков Легкое чтение Любовные романы Фантастика Боевая фантастика подборки серии
Артур Арсентьев оказывается на советско-польской границе за минуту до Второй мировой войны. Он принимает судьбоносное решение стать американцем, неся Знамен Победы. Перед ним встает необходимость поверить в происходящее и сражаться ради Победы.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Это же сигнал! Хитро!
— Саммерс, дай сигнал фонариком. Мы их заметили.
Рядовой осторожно отходит на шаг назад, в глубь помещения, извлекает из подсумка фонарик и дважды включает-выключает его.
Сколько же отвлекающих от дела вещей… Так до Победы не скоро дойдем…
Десантники к тому моменту оказались как раз на дистанции кинжального огня, на который я и делал ставку. Еще шаг, еще, вот так вот… Немец, шедший первым в своей группе под стенами зданий напротив, увидел свою смерть — меня. Тренированное тело десантника за мгновение сжалось, дабы сделать рывок к укрытию, но это уже было не принципиально, ему было не спастись. Очередь из моего «томпсона» перечертила фигуру врага.
Шквал пуль, подобно граду с небес, обрушился на десантников. Но они не стали стоять столбом, чтобы быстро принять смерть, они бросились в разные стороны, ища укрытия и стреляя на ходу. В первый момент я даже испугался — у противника вновь оказалось очень много автоматического оружия. Каждый десантник посылал десятки пуль в ответ. Пришлось быстро менять позицию: попасть под пули на прежней не хотелось.
Перемещаясь к новому укрытию, я успел вытащить из подсумка осколочную гранату и, оказавшись у нового окна, выдернул чеку и метнул «ананас» на улицу, рассчитывая попасть им примерно в центр колонны.
Ай! По щеке сильно резанул осколочек кирпича.
Ай-ай-ай! Не желая схлопотать еще и шальную пулю, я стал двигаться обратно в комнату к Саммерсу вдоль стены, словно краб — боком, на карачках. Только я пересек дверной проем и сместился слегка к окнам, как позади с деревянным стуком что-то упало и почти сразу грянул взрыв. По спине без опасного воздействия на мою шкурку застучали осколки, на каску посыпалась штукатурка, и… все! Не поверите, ничего, кроме этого и легкого испуга, со мной не случилось. Я даже не оглох толком — полминуты в ушах свистело слегка, и мысль в голове, спокойная такая: «Это была колотушка, ничего страшного». И все! Нет бы оглянуться, посмотреть на место взрыва или проверить себя на предмет ранений! Мне, видите ли, пофиг-с, война идет, поэтому продолжаем двигаться дальше, все так же по-крабьи.
Переместившись к новому укрытию, я спокойненько так стал менять в пистолете-пулемете магазин. Перезарядил оружие и даже закусил извлеченной из подсумка сосиской. Саммерс смотрел на меня как на ожившего Ленина — с восхищением и ужасом одновременно. Вроде вождь пролетариата, но мертвый ведь был!
— Саммерс, не спать! Огонь по противнику!
Следуя своему же совету, высовываюсь из-за укрытия, упираю автомат в подоконник и короткими очередями стреляю по зашевелившимся десантникам.
