Только что ко мне в кабинет заходил Ричард Биссел и сообщил, что ЦРУ уже закусило удила, а их тренированные наемники из эмигрантов только что не бунтуют. ЦРУ уже выбрало основной пункт высадки десанта. Это место называется Плайя-Хирон, или залив Свиней.
Вот это была действительно НОВОСТЬ. Стэнтон еще не говорил ему, что в Лэнгли уже определились с местом.
Кемпер прикинулся обалдевшим.
— Не понимаю, чем я могу вам помочь. Вам ведь известно, что я никого из ЦРУ не знаю.
Кемпер натянул кобуру. Бобби сказал:
— И теперь нам нужна независимая оценка степени готовности подразделений эмигрантов.
— Потому что если операция провалится и выяснится, что вы поддерживали так называемых мятежников, то администрация Кеннеди крупно лажанется в глазах мирового сообщества.
— А главное — по существу. И мне следовало бы посвятить Бобби в эти проблемы несколько недель назад, но он всякий раз бывал по уши занят ловлей гангстеров. Кемпер…
— Да, господин президент?
— Я все никак не могу определиться с датой, а Биссел наседает на меня со страшной силой. Я знаю, что ты работаешь на мистера Гувера, занимаешься наблюдением за сторонниками Кастро, так что хотя бы что-то ты знаешь.
— Да, я могу поддержать разговор о Кубе, по крайней мере, о том, что касается группировок сторонников Кастро.
Бобби резко повысил голос:
— Куба всегда была твоим коньком, так что поезжай во Флориду и сделай кое-что полезное. Посетишь тренировочные лагеря ЦРУ, проедешься по Майами. Потом позвонишь и сообщишь нам, имеет ли операция хоть какой-то шанс на успех, — и чем быстрее, тем лучше.
— Я выезжаю. Перезвоню в течение сорока восьми часов.
Джон едва не умер от смеха. Кемперу чуть было не пришлось звонить кардиологу.
Они сидели на личной террасе Стэнтонова номера. В Лэнгли ему разрешили-таки переселиться в «Фонтенбло» — проживание в люксах лучших отелей, как оказалось, было заразным.
С Коллинс-авеню дул легкий ветерок. У Кемпера запершило в горле — он пересказал Джону давешний телефонный разговор, имитируя бостонский говорок Джека.
— Прошу прощения. Никогда бы не подумал, что нерешительность политиков — это так смешно.
— Как думаешь, что мне ему сказать?
— Как насчет: «Вторжение на Кубу — гарантия вашего избрания на второй срок»?
— У меня будет немного свободного времени в Майами. Есть предложения?
— Тогда валяй. И заодно объясни, зачем ты хотел меня видеть, когда знал, что я по уши в работе в Алабаме.
Стэнтон налил себе маленькую порцию виски с водой:
— Вот, поди, занудная работа — защищать права человека?
— Думаю, что наделение негров избирательными правами — палка о двух концах. Они ведь такие легковерные, правда?
— Я бы назвал их чуть менее покладистыми, чем наши кубинцы. И с куда менее выраженными криминальными наклонностями.