Он пришел в себя и обнаружил, что скован по рукам и ногам. В спину впились рейки стула, в голове что-то гудело и стучало.
В глаза ударил яркий свет. При этом удар принял только один глаз — другой закрывали свисающие со лба лохмотья ободранной кожи. Он различил очертания трех полицейских, сидящих за привинченным к полу столом.
В ушах застучали маленькие барабаны. И точно атомная бомба взорвалась во всю длину позвоночника.
Пит напряг мускулы и порвал цепь наручников.
Двое копов присвистнули. Третий даже зааплодировал.
Лодыжки были скованы двумя парами кандалов — так что «на бис» не получится.
Старший из копов закинул ногу за ногу:
— С нами связался неизвестный, мистер Бондюран. Один из соседей мистера Мачадо видел, как мистер Адольфо Эрендон и мистер Армандо Крус-Мартин входили в дом мистера Мачадо, и несколько часов спустя он услышал какие-то звуки, похожие на выстрелы. И спустя пару часов после этого вы и мистер Роджерс по отдельности прибываете в дом. Вы двое и мистер Мачадо выходите из дома, неся нечто тяжелое, завернутое в оконные занавески. Тот же сосед запомнил номер машины мистера Роджерса. Мы проверили машину мистера Роджерса и нашли там нечто, очень похожее на частицы человеческой кожи, и, конечно же, нам не терпится услышать ваши комментарии по поводу всего вышеописанного.
Пит водворил бровь на место.
— Либо предъявите мне обвинение, либо выпустите меня отсюда. Вы знаете, кто я и кого я знаю.
— Мы знаем, что вы знаете Джимми Хоффу. Мы знаем, что вы — приятель мистера Роджерса, мистера Мачадо и некоторых других водителей из службы «Такси «Тигр»».
— Предъявите мне обвинение или выпустите меня отсюда.
Коп кинул ему на колено сигареты и спички.
Коп номер два придвинулся ближе:
— Должно быть, ты думашь, что Джимми Хоффа купил каждого полицейского в этом городе, но, сынок — я здесь, чтобы убедить тебя: ты ошибаешься.
— Либо предъявите мне обвинение, либо выпустите меня.
— Сынок, ты испытываешь мое терпение.
— Я — не твой сын, пидор вонючий.
— Мальчик мой, еще пара таких слов — и я дам тебе пощечину.
— Только попробуй, и я те глаза выколю. И не заставляй меня доказывать это на деле.
Вмешался коп номер три — почти ласковым голосом он начал:
— Тихо, тихо. Мистер Бондюран, вам прекрасно известно, что мы имеем право задержать вас на трое суток без предъявления обвинений. Как знаете и то, что у вас, скорее всего, сотрясение и вам не помешает медицинская помощь.
