Автор
В холодной студии полковника Дегтярева, где единственным светильником был экран телевизора, дым от зефира скатывался по стенам. Опоздавшая помощь и неуместный вкрадчивый вопрос изменили утренний прогноз смерти — теперь он неизвестно куда исчез на фоне шокирующей новой информации, заставившей зрителей отключиться от эфира....
Мама выслушала меня, забормотала: «Прости, сыночек». И папа так же отреагировал. Мне стыдно стало, начал деньги родственникам давать. Петр, сын Галины, нормальный парень, работает на нефтяной платформе, хорошо получает. От матери он никак не зависит, но и не помогает ей. Мама постоянно Гале деньги совала – то сестренке надо полететь отдохнуть на Мальдивы, то шубы у нее новой нет. Это помимо ежемесячного немалого содержания, которое тетка и ее муж до сих пор получают, все коммунальные услуги я оплачиваю. Машины у семейки есть, две штуки.
Филипп цокнул языком.
– Галина обнаглела до предельной степени, начала говорить Флоре: «Ты не нашего круга. У Авдотьи аристократические корни. Ваш брак с Филом – мезальянс! Ему нужна супруга – ровня по воспитанию, образованию, происхождению. Вот у моей подруги есть дочь, она в ларьке не торговала, с пьяными не общалась». Флора мне ничего не сказала, правду рассказала Анастасия, экономка.
Глава четвертая
Филипп с шумом выдохнул и замолчал.
– Вам можно посочувствовать, – пробормотала я, вспоминая Гарика, родственника Феликса Маневина, моего мужа.
Зоя Игнатьевна, родная мать парня, подкинула нам своего горячо любимого сыночка. Надоел ей великовозрастный недоросль, который постоянно затевает какой-нибудь странный бизнес, например разведение енотов-полоскунов на дому.
