Автор
В холодной студии полковника Дегтярева, где единственным светильником был экран телевизора, дым от зефира скатывался по стенам. Опоздавшая помощь и неуместный вкрадчивый вопрос изменили утренний прогноз смерти — теперь он неизвестно куда исчез на фоне шокирующей новой информации, заставившей зрителей отключиться от эфира....
Уже случилась перестройка, начались кадровые перестановки в милиции, массовые увольнения опытных работников, замена их на не пойми кого. Из тех, кто работал по делу ритуальных убийств, не осталось ни одного человека, всех выгнали. А сейчас никого из тех следователей уже в живых нет. Про Константина и Василия забыли, папки спустили в архив. Геннадий был пойман, осужден, отбыл срок. Скорее всего, парни работали не одни, да не нашли их подельников. Но из-за кадровой неразберихи папочки оказались сложены в картонную коробку и отправлены на полку в архиве.
– Угу, – мрачно кивнул полковник. – Еще крысы могут подчистую бумаги сожрать. Мда…
Алла усмехнулась:
– Грызуны – бич хранилищ. Единственный, кто может хоть что-то рассказать – Семен Петрович Кожин. Он тихо живет в своем Будякине, ведет жизнь пенсионера, похоже, не слишком нуждался. Ни супруги, ни детей у него нет и не было.
– Василий неожиданно воскрес, вернулся к Авдотье, пара стала жить-поживать, добра наживать, – подал голос Сеня. – Кроме того, Филипп рассказывал, как трепетно папа любил маму. Все это очень странно.
– Интересный факт! – вклинился Кузя. – Сына Филиппа Авдотья родила через полтора года после отправки Василия в Грузию.
– Да, да, – согласилась Алла Петровна, – мы тоже обратили внимание на нестыковки. Но еще интересно вот что. Наверное, у вас есть нужные материалы.
"– Обижаете! – вздохнул Кузя. – Мы маленькое агентство, но с гениальными сотрудниками, один из которых перед вами. Внимание на экран!
– Интересно смотрятся снимки в одном ряду, – подал голос Леня. – С точки зрения генетики татаро-монгольское иго оказало свое влияние на Русь. У русских женщин появились черноволосые младенцы с азиатскими чертами лица.
