Ананас на ёлке — читать онлайн бесплатно полностью

Правда, он потом долго болеет.

– А в человека дочь Бабы-яги способна залезть? – не утихала я.

– Это ее самая сладкая мечта, – зашептала подруга, – бросить на несчастного свой локон!

– Зачем бросать локоны? – занервничала я.

– Кракозябра таким образом проникает в личность, – выпалила Мариша. – Индивидуум вмиг становится злобным. А почему ты спрашиваешь?"

"Я рассказала ей о падении полковника и о темном локоне, который снял с себя Александр Михайлович и бросил на пол.

– Мама! – прошептала блогер. – Он теперь Кракозябр! Запру спальню, пусть сегодня ложится спать в своей комнате. Нет ни малейшего желания стать Кракозябрихой!

– У меня тоже, – согласилась я, выключила свет, завернулась в одеяло и вмиг заснула.

Глава семнадцатая

Утром, когда мы собрались в офисе, Кузя живо сообщил:

– Номер телефона, с которым связалась Воронова, зарегистрирован на Андрея Константиновича Зимина.

– Кто он такой? – осведомился полковник, поправляя шапку.

– Известный советский художник, – объяснил нам пловец в бескрайнем мире интернета. – Анна, единокровная сестра Филиппа, ждет Дарью в полдень в своей мастерской.

– Поняла, – кивнула я.

– Расспроси ее о сумке с бриллиантовой застежкой в виде буквы «F», – велел полковник. – А подробности о Зимине есть?

– Пока только то, что плавает на поверхности. Живописцу девяносто с хвостом, но он до сих пор активно работает. Его конек – портреты известных актеров, писателей, певцов. В прежние годы дружил со многими из своих заказчиков. Ни в чем не нуждается, имеет роскошную квартиру, машину, дачу, летает за границу. Женат, у него был сын Константин.

– Он умер? – уточнил Дегтярев.

– В живых его нет, что случилось, узнаю, – пообещал Кузя. – Зимин и сегодня востребован, только в наше время ему больше нравится изображать бизнесменов и политиков. Андрей Константинович до перестройки еще брал заказы на создание мозаик в разных местах – в домах культуры, зданиях горкомов и обкомов КПСС. Выкладывал на стенах Кремль в лучах солнца или изображал некую местную достопримечательность. Мозаикой теперь не занимается, только портреты пишет.

– Екатерина Андреевна, когда разговаривала с мужчиной, рассердилась и сказала, что ей следовало мне всю правду про Марина рассказать, – вспомнила я. – И еще она говорила про «ожившего покойника», пообещала «Желтухе» историю донести.

– Интересно, почему Воронова сразу после ухода Дарьи позвонила Зимину? – начал размышлять вслух Дегтярев.

– Меня это тоже удивило, – согласился Кузя. – Поскольку Екатерина жила с Василием Мариным, я подумал, вдруг художник и отец Филиппа Марина друг друга знали?

– Вряд ли, – прогудел Дегтярев, – большая разница в возрасте – помеха для полноценной дружбы.

– Не всегда, – возразил Сеня.