Все-таки образ жизни стюардессы и так предполагает разнообразие, шопинг, рестораны за границей, часы же досуга хочется использовать для здорового отдыха.
Федотов о деньгах тоже много не думал. Сразу после интерната, в институте, он боялся остаться без копейки — память о дырявых башмаках (а было и такое) крепко засела в голове. Потом, когда Олег уже получал приличные деньги, искушения его так и не одолели. Он покупал все самое необходимое и по привычке экономил. Часы, ремни и галстуки покупал достойные, но не безумно дорогие. Статьей расхода стали деловые костюмы. И то после того, как один из начальников тихо ему заметил:
— Олег Игоревич, вы известный в Озерске человек, вы бы в костюмах на работу ходили.
Федотов хотел что-то возразить, мол, стройка — какие могут быть костюмы, но, глянув на свои порыжевшие серые брюки, мысленно согласился. На следующий день он купил сразу три костюма в лучшем городском магазине. И с тех пор он одевался только так. Делая предложение Инне, Федотов понимал, что со своей учительской зарплатой он не представляет супервыгодную партию. Но в общем в месяц он получал солидно, к тому же амбиции победили сомнения.
— Инна, давай семейным бюджетом заведовать будешь ты? — сказал Олег, видя, какие сомнения по поводу свадебных хлопот одолевают Соломатину.
— Я не умею. Я умею отвечать только за себя, — сказала она и не соврала.
— Ну, я тоже не все умею. Будем учиться, — ответил Федотов и изложил свой план.
Так они и решили — обе зарплаты будут в распоряжении Соломатиной, планы будут обсуждаться, предыдущие накопления остаются их личной собственностью, и очень крупные покупки они будут совершать с привлечением этих средств.
— Слушай, это не семейные договоренности, это просто какой-то бизнес-план, — улыбнулась Соломатина.
— Да нет, это разумные договоренности на берегу. Я совсем не хочу ругаться из-за денег.
Обсудив щекотливый денежный вопрос, оба почувствовали облегчение.
Вторым вопросом, который надо было срочно решать, были родители.
— Олег, завтра знакомимся с моими родителями. Папа — человек сложный, резкий, но вроде бы добрый.
— «Вроде бы»? — переспросил Олег.
— Ну, у нас не всегда хорошие отношения были. Сейчас — нормально.
— Не волнуйся, я учту это.
Соломатина позвонила родителям.
— Мама, я к вам заеду. Завтра. Не одна. Я заеду с Олегом Федотовым.
— Как?! Тем самым? Олежка Федотов?! За которым ухаживала в больнице в девятом классе?
— Мама, тот самый Олег.
— Ох, интересно, как он сейчас. Я же помню.
