Настя отпускает ребёнка и прислоняет его к стене, сосредоточившись на успокоении двух дочек — старшей девочки и маленького младенца. Разговоры по поводу бабушки и политиков прибавляют веселья, но спать так не хочется. Настя знает, что Глаша требует бесконечных рассказов перед сном, а это значит — еще один час без глубокого покоя....
Сам Саша, наконец, понял, что их с девицей обжимания стали достоянием общественности. Он замер на месте, глядя на Настю, вцепляясь в её лицо потемневшим взглядом, но что думал в этот момент, Настя не знала. Да и не хотела знать.
– Я поеду. У меня автобус, – выдохнула она и, развернувшись на месте, выбежала из гостиной, а следом – из дома. Помчалась к остановке, слыша только отчаянно колотящееся сердце, которое стучало в висках набатом. И очень надеялась на то, что Саша не побежит следом.
Или побежит…"
"Впрочем, когда садилась в автобус и когда видела, что двери того закрываются, понимала, что Зубареву на всё случившееся плевать.
Наши дни
Саша вынырнул из дрёмы и посмотрел за окно. Его кровать стояла так, чтобы он постоянно мог видеть сад и клочок голубого неба над ним. Даже когда была зима, он наблюдал за тем, как небосклон затягивают тучи, или же как по нему летят куда-то белые лёгкие облака.
Сегодня ему снился удивительный сон. Он бегал по лужайке за смеющейся рыжеволосой девочкой, в которой с удивлением узнавал Глашу, и когда та падала, испытывал ужасающий страх. Но Аглая и не думала расстраиваться – вскакивала на ноги, отряхивала коленки и, дразнясь, бежала дальше.
– Саш, скоро Настя приедет?
Это было первым, что спросил Влас, когда зашёл в его комнату после стука.
– Не знаю, приедет ли вообще, – буркнул он, глянув на Власа и вновь переводя взгляд за окно.
– Мне по делам скататься надо. Потом может в сад выйдем?
– Не хочу.
– Зря. Погода кайфовая.
– Кайфовая, – хмыкнул Саша с презрением. Как будто ему вообще было дело до того, что происходит на улице. И Влас ведь об этом знал.
– Ладно, – кивнул его помощник, подходя ближе. – Давай уже в кресло пересядешь.
Саша всё же поддался уговорам и они с Власом почти час просидели на скамейке под кустом жасмина, который источал удивительный аромат.
– О, Настя приехала. С Глашей, – произнёс Влас, и Саша встрепенулся. Улыбка, помимо воли, скользнула по губам – к нему бежала Аглая.
– Привет! – выдохнула она, порядком запыхавшись. – Я маму меня с собой уговорила взять.
– Привет. А она сопротивлялась? – понизив голос до шёпота, уточнил Саша, чуть подаваясь к девочке, как будто у них был общий секрет.
