Дав задание, я отключился и не успел выпить кофе, как Регина перезвонила и доложила, что записала мою жену на приём на утром и она больше не работает. Попросил свою сотрудницу сегодня переночевать у меня в гостевой, мол, собрался уехать на базу до завтра, а моя драгоценная боится оставаться одна в большом доме. Завершив переговоры, поднялся к жене. Захожу и вижу: она, б**ть, сидит себе и преспокойненько вышивает. Я тут в бешенстве, а ей хоть бы хны!
— Вы что-то хотели? — с невинным выражением на лице интересуется зараза.
Да, хотел сексом с тобой знается, а ты всё обломала. Пришёл, радость моя, и тебе жизнь подпортить, не всё же я должен нервные клетки терять.
— Завтра утром с Региной пойдёшь к врачу, проверишься.
— Я не могу завтра утром, мне на работу нужно!
Всё, дорогая, отработала, захотела войны — получай. Всё, кончилась твоя независимость, раз не захотела по-хорошему. Я ей это отдельное питание до гробовой доски припоминать буду! Только ненормальный рискнёт злить Лютова, если ты этого не знала, считай уроком на будущее. Но а сейчас подготовлю её к «сюрпризу»:
— Считай, что ты уволена, раз твоя работа мешает исполнению договора.
— Что?! — подорвалась она с кровати. — Значит, если я нарушаю — это сразу приговор! А если вы — то ничего страшного?!
— Ну а что ты хотела? — усмехнулся я, представляя, как завтра её начнёт бомбить, когда она узнает, что уволена. Но мне этого мало, я даю ей понять, что её ожидает в дальнейшем: — Не я же умолял подписать договор, а ты. Так что, дорогая жёнушка, будь добра делать то, что я скажу. Не можешь утром сходить к врачу — увольняйся.
— Но я хочу работать! — возмутилась она.
— То, что ты хочешь, меня волнует в последнюю очередь.
Развернулся и ушёл, пусть посидит и подумает о своём поведении.
Лютов ушёл, а я ещё минут пять стояла с пяльцами в руках, словно в прострации. Я не знала, как реагировать на его выпад. Ну вот чего он разозлился? Сам же настаивал на выполнении всех пунктов договора! Я стараюсь, а он…
— Чёрт! — слетело с моих губ, как только спало оцепенение.
Села на кровать и, отложив вышивку, закрыла руками лицо — хотелось плакать, но слёз опять не было.
Я не знала, как вести себя с ним дальше, и посоветоваться не с кем. Мама мертва, а другим я рассказать о проблеме не имею права — договор. Поведение Лютова меня ставило в тупик. Вначале он говорил о деловых отношениях, а после подписания договора всё резко изменилось. Он мне напоминает ветер — такой же переменчивый: то обжигающе горячий, то холодный, как арктическая стужа, а иногда тёплый и нежный. Вот последнее меня больше всего пугало. Я реалист и понимаю, что устоять перед таким мужчиной практически невозможно. Поэтому я его и отталкиваю — это единственный выход не поддаться его чарам.