Я бы согласилась на всё ради сестры, у меня выбора не было, понимаете? — мой голос дрожал, и глаза защипало от слёз.
А ведь не плакала, даже когда погибли родители, держалась ради сестры. А сейчас, видимо, всё сломалось. Резко разворачиваюсь, не хочу, чтобы этот бездушный человек был свидетелем моей слабости. Но не успеваю сделать шаг, как оказываюсь в объятьях Лютова.
— Отпустите, — всхлипываю.
— Нет, — произносит он сдержанно и резко разворачивает лицом к себе. — Поплачь, тебе нужно это было давно сделать. — Прижимает к своей груди и целует в макушку.
— Я не нуждаюсь в вашей жалости! — Пытаюсь вырваться из кольца его рук, но он не отпускает.
— А я и не жалею, а успокаиваю. И ты ошибаешься насчёт всего. Меня никогда Регина не интересовала как женщина. Если бы это было так, я женился на ней, а не на тебе. — Он отстраняется и приподнимает мой подбородок рукой. — Мил, разве не видно, что я зациклен только на тебе?
— Опять ошибаешься. — С нежностью смотря на меня, утирает другой рукой слезу. Я в глубине души хотела, чтобы это было так. Но, увы, не верила ему. — И я тебе не безразличен, иначе бы ты сейчас не плакала. Всё-таки ты нарушила пункт второй…
— Что? — возмущённо воскликнула я.
— То, Мил. Нарушила, но я не в претензии, даже рад этому.
— Лютов, да я… да у меня … Ну вот слов нет, чтобы выразить, что я сейчас чувствую! — Вырываюсь из его рук и отскакиваю, как от прокажённого.
— Хочешь, я скажу за тебя? — лукаво улыбается и делает шаг ко мне навстречу.
— Не подходи, а то ей-богу врежу! — И выставила руки вперёд.
— Ты повторяешься, — хохотнул он и вновь принялся наступать.
Я попыталась ретироваться к себе в комнату. Не готова я сейчас разговаривать, хоть убейте меня. Мой побег не удался, этот наглец вновь быстро поймал меня.
— Мила, когда ты уяснишь, что тебе от меня не сбежать? — засмеялся он в голос.
— Лютов… — Прекращаю сопротивляться, он прав, это бесполезная трата времени и сил. — Я устала…
— Судя по тому, как ты сейчас резво убегала, лукавишь. — Он вновь разворачивает меня к себе и, сцепив руки на моей спине, резко притягивает к своему мощному телу. — Хватит убегать, нужно поговорить, иначе ты себя ещё больше накрутишь.
— Вообще-то, я хотела поговорить завтра, когда эмоции улягутся.
— Неверное решение в данной ситуации.
— Возможно, — тяжко вздыхая, соглашаюсь с ним.
— Пойдём к камину, — вновь не спрашивает, а ставит перед фактом.