Автор
В темных улочках Лондона звучит приглушенная ругань. Пока один мужчина выслушивает жалобы другого, мысленно обещая ему помочь в поиске пропавшей женщины. Но теперь он сам идет на шляпу, готовясь встретить неизвестные испытания – искать потерянную душу в сердцах бродяг и извращенцев. Этот новый вызов - его первый шаг к новой миссии: стать Ангелом для Зверя, отвечающим за поимку сбежавших от бедности или разврата умнейших преступников....
Паника заполняет голову бессвязными обрывками мыслей, и я беспомощно смотрю на Дамиру, словно ища в ней ответы.
Она терпеливо ждет.
Сейчас я понимаю, в этой женщине полно терпения, она может ждать сколько угодно.
Она будет как паучиха выжидать свою жертву, а потом просто набросится из укрытия, с укусом впрыснув свой яд, и будет наблюдать, как беззащитная жертва погибает
Некрасиво с моей стороны проводить подобные параллели...
Но вот такие у меня ассоциации с ней. Опасная хищница. Хитрая.
— Руслан будет недоволен.
Недоволен – это мягко сказано."
"Он будет в бешеной ярости, которую он изольёт скорей всего в мою сторону. Будет кричать. Злиться.
Возможно, навешает на меня ещё кучу запретов. Или не будет разговаривать со мной.
А портить с ним и так шаткие в данный момент отношения мне не хотелось. Не могла это себе позволить.
Возможно, потом он даст мне больше свободы, и я смогу быть с ним на таких мероприятиях.
Но сейчас... Я не уверена, что это делать нужно.
Однако, сердце так болит за мужчину. Ноет. Истекает кровью. И страх жалит прямо в душу, не давая успокоить расшатанные нервы. Не давая сделать правильный выбор.
Я слишком много видела зла, чтобы столкнуться с ним вновь.
Если с ним случится непоправимое, жить без него не смогу и даже пытаться не буду. Лучше сразу смерть.
Он мой спаситель, но и самая страшная участь в случае неудачи.
— А ты так и будешь сидеть и исполнять все, что говорят мужчины? — вырывает из мыслей четкий, поставленный голос Дамиры.
Не верю своим ушам.
Она и поможет мне? Но как же неприятно слушать то, что Татия так же будет с нами.
Нет. С этим я ещё поборюсь. Это мое право сделать так, чтобы я была одна в этом доме.
— Я не понимаю...
— Ты ещё молода, — ухмыляется она, от чего ее лицо становится более коварным. — Ему нужна смелая и решительная, под стать. А тихая и домашняя будет готовить обеды. Поехали. Я знаю, что лучше для моего сына.
В её словах есть разумное зерно, и я решаюсь. Ведь так или иначе я должна налаживать отношения с матерью Руслана?
Это безумие. Но женщина умеет убеждать, давит на самые больное точки. Знает, как свести с правильного пути.
