Автор
Зажмурив глаза от шока и эмоций, я улыбался Вайперу, его дыхание было жарким и медленным рядом со мной. Аплодисменты и крики снаружи затуманивали мое восприятие, но звуки страстного поцелуя и чувственной близости были так реальны и остры, что я не мог оторваться.
Они предоставили нам с сестрой возможности, которых не было у других. С одной стороны, я испытывал благодарность, но с другой — чувствовал себя некомфортно. Особенно учитывая тот факт, что мама Вайпера трудилась на нескольких работах и все же находила время для увлечения сына музыкой и старалась изо всех сил воспитать и взрастить такого дикого непослушного ребенка."
"Мысли о подростке-Вайпере, терроризирующим всех и вся бесконечными ночами с гитарой на коленях, оттачивая врожденный музыкальный талант, вызвали улыбку.
Как, черт возьми, он стал моим?
Я поднялся по каменным ступеням и достал ключ из кармана. Чуть раньше я отправил маме сообщение, дабы не сомневаться, что родители будут дома. И теперь меня ждали. Надеюсь только, родители еще не смотрели новости. Или не читали газеты. Или не получали звонки от друзей с вопросами: какого черта происходит?
Меня встретили мягкие звуки классической музыки.
— Хейло? Мы в студии, — позвала мама.
Я прошел в заднюю часть дома на первом этаже. Вспомнился первый раз, когда я сказал им, что хочу быть не «Ховардом», а «Хейло». Мне было семь, я твердо стоял на своем и отказывался реагировать на другое имя.
Двойные двери студии были широко открыты, мама сидела на подлокотнике дивана возле стола, за которым работал отец. Он показывал что-то на экране компьютера, и она напевала.
— Вот и наша рок-звезда, — объявила она, вставая.
Пересекла комнату и обняла меня. Я обхватил ее хрупкие плечи и поцеловал в светлые волосы на макушке такого же золотистого цвета как у меня только прямые и убранные наверх.
— Ты же не называешь меня так перед друзьями, верно? — спросил я.
Мама отклонилась назад и улыбнулась.
— Конечно, называю.
