Автор
Зажмурив глаза от шока и эмоций, я улыбался Вайперу, его дыхание было жарким и медленным рядом со мной. Аплодисменты и крики снаружи затуманивали мое восприятие, но звуки страстного поцелуя и чувственной близости были так реальны и остры, что я не мог оторваться.
Ангел раскинул руки, словно крылья, вцепившись длинными пальцами в крышку рояля и отчаянно пытаясь оставаться в реальности — но у меня были другие планы для Хейло на эту ночь.
Облизнув губы, пальцами раскрыл Ангела пошире, взялся за основание члена и направил его к анусу Хейло. Едва головка моего члена коснулась его, Хейло подался назад, и я медленно толкнулся внутрь. Его стон эхом отразился от стен. Иисусе, в нем так хорошо! Тугой, горячий как бархатный кулак. Я впился пальцами в его бедра и вошел до конца.
— Блядь…— Хейло повернул голову, прижавшись лбом к крышке рояля.
И да, я хорошо знал это чувство. Ангел был в состоянии эйфории. Его накрыло потоком мощных ощущений, и именно этого я добивался. Я улегся на него и потянулся к его рукам.
Переплетя наши пальцы, я закрыл глаза и уткнулся носом в его шею, касаясь губами мягкой кожи. Наши тела слились настолько, насколько это вообще было возможно тут, наверху, под светом прожекторов.
Я чувствовал, как его тело поднимается и опускается с каждым рваным вдохом.
— Я хочу, чтобы каждый раз ты думал об этом, когда сидишь за своим роялем и смотришь на него. — Хейло вздрогнул подо мной. — Я хочу, чтобы ты запомнил то, что чувствуешь сейчас, когда я глубоко внутри тебя.
— О, Господи, — простонал Ангел.
Я сжал пальцы и прижал ладони Хейло к крышке рояля. Затем я медленно качнулся назад, почти до конца вынув член — Хейло вскрикнул, его тело протестовало — так что я сменил направление и снова толкнулся внутрь. Хейло подался назад, встречая меня на полпути.
Совершенный! Гребаный! Экстаз! Вот что означало быть внутри Хейло. И не только физические ощущения заставили меня чувствовать себя так. Радость, которая осветила его глаза во время ужина. Удовольствие, которое появилось на его лице, когда он увидел подарок, на подготовку которого я потратил месяцы. И любовь. Это была вся гребаная любовь, которая лилась из него, при каждом взгляде, поцелуе или прикосновении ко мне.
Это отличалось от всего, что я когда-либо испытывал. Я потянул его за плечи и поднял вертикально, пока спина Хейло не прижалась к моему торсу, а я не оказался так глубоко внутри него, как только мог.
— Ангел… — прорычал я и, протянув левую руку, положил ладонь ему на грудь прямо напротив сердца. Правой рукой сжал его член.
Хейло протяжно вздохнул и, откинув голову назад, посмотрел на меня — та самая причина, почему я поменял нашу позу.
