Автор
Зажмурив глаза от шока и эмоций, я улыбался Вайперу, его дыхание было жарким и медленным рядом со мной. Аплодисменты и крики снаружи затуманивали мое восприятие, но звуки страстного поцелуя и чувственной близости были так реальны и остры, что я не мог оторваться.
Но потом, видимо вспомнив, что находится посреди разговора с парой напротив, быстро извинилась, а затем уже обернулась и поздоровалась с нами. Она обняла меня, наклонилась для поцелуя, без сомнения оставив след от розовой помады, что была на ее губах, и после обратила свое внимание на мужчину рядом со мной. Того, чью руку я все еще держал в своей.
— Вайпер, как прекрасно, наконец, встретиться с тобой, — произнесла она с теплой улыбкой, проигнорировав протянутую руку Вайпера. Мама протянула к нему обе руки и обняла его.
Широко распахнутые глаза Вайпера встретились с моими. Его тело замерло от шока, и ему понадобилось несколько секунд, чтобы прийти в себя. После он нерешительно обнял мою маму в ответ. Я практически видел, о чем он думает: «Черт возьми, Шерил Олсен меня обнимает. Что, блин, я должен делать?»
Я сдержал смешок, пожав плечами, и повернулся к отцу.
— Сын, — произнес он, сжимая меня в медвежьих объятиях, которые я ему вернул с такой же силой.
— Пап, спасибо, что пришли.
— Мы бы не смогли пропустить. Кто знает, когда мы увидим тебя снова, — он похлопал меня по спине, и его зеленые глаза слабо замерцали.
Похоже, он хотел сказать что-то еще, но вместо этого посмотрел на Вайпера, который улыбался моей маме в ответ на что-то сказанное ей. Слишком тихо, чтобы я расслышал.
— Пап, я хотел бы познакомить тебя с Вайпером, — сказал я, указывая на моего парня. Парня. Это все еще звучало и ощущалось так странно. — Вайпер: мой отец!
— Рад познакомиться с вами, сэр! — бодро отчеканил Вайпер, пожимая ему руку.
А вот что я точно знал о своем отце — он предпочитал рукопожатиям объятия.
— Ты можешь звать меня Ларри, — сказал отец и дернул Вайпера вперед в свои крепкие объятия и похлопал того по спине. — Я тоже рад с тобой познакомиться.
Поверх плеча отца я видел, как удивленные глаза Вайпера распахнулись еще шире, словно он не мог понять, почему был так охотно принят моей семьей, когда, с его слов, он «развратил их сына». А я был уверен, что они полюбят его. Каждый раз при общении они задавали мне миллион вопросов о Вайпере, о наших делах, были ли люди добры и «милыми с нами». Они никогда не ставили под сомнение наши отношения, когда я рассказывал им о Вайпере и обо мне.
