Автор
В мрачных улочках маленькой российской деревушки, где лишь один знак запрещает проезжать, жизнь каждого теперь зависела от нервной тренировки водителей. Но вдруг вам приходится делать выбор между собственной безопасностью и жизнью другого человека — это история о роковых поворотах на дорогах, где каждое действие может разнести мир вдребезги....
00! Алиби? Эй, Иван Палыч, ответьте?"
"– Да, – вынужденно вступил я в безумную беседу, – человек не способен быть одновременно в двух местах.
– Ха! – торжествующе уперла руки в боки домработница. – Я тока сейчас дотумкала! На пленке Марианна в розовом платье, а сегодня по дому в голубом ходит. Она подменила запись! Дала Андрею другую кассету, дату подправила или стерла! Но одежонка ее выдала! Вот!
Неожиданно в моей голове закопошились смутные воспоминания: кабинет Сергея, наглая Наташа Капустина, сидящая на стуле, положив ногу на ногу.
– Ой, ой! – замахала руками Ленка.
Я очнулся и сурово сказал:
– Ну хватит! Отправляйся в аптеку и купи средство от ушибов.
– Уже бегу, – заорала Ленка, – серия закончилась! Обо что вы ударились? Не надо в вашем возрасте быстро бегать, здоровье уж не молоденькое! Вон Степан Михалыч из восьмой квартиры за ковер запнулся, упал и череп сломал!
– Нашему соседу семьдесят пять лет, – возмутился я, – мне до его возраста еще дожить надо!
– Не скажите, – поджала губы домработница, – года, они не по документам, а по душе.
– Что мне? Я похож, по-твоему, на трухлявый пень? – изумился я.
– С виду вы ничего смотритесь, – склонила голову набок Ленка, – правда, живот расти начал, а вот куражу нет! Больно вы, Иван Палыч, серьезный, хоть бы подрались разок, как все мужики!
– Ты меня плохо знаешь, – вдруг обиделся я.
– Можно подумать! – фыркнула Ленка. – В одной квартире сколько лет живем! Я могу вас по полочкам разложить! Прямо робот, а не человек! Каждое утро одно и то же говорите: «Лена, опять тосты подгорели!»
– Это не я зануда, а ты безрукая хозяйка, сжигаешь хлеб! Перестань подавать на стол черные сухари, и я не буду делать замечания!
– А теперь вас из стороны в сторону шатать начало, – продолжала домработница. – Старость пришла, доставай рейтузы с начесом.
