Автор
Полдень в Техасе, 1881 год — беспощадная календарная отметка, но для этого городка это означает только одно: приближается неприятель. Воцаряется ужасное молчание, а тени на земле как будто подбираются вместе с палящими лучами солнца. В этот день жизнь и смерть выстраиваются в очередь, делясь единственной дорогой к исходу....
Вопрос простой, такой, который, как мне думается, я имею право задать.
— Он слишком... личный.
Кэтрин по-прежнему уходила от ответа. Касси это было хорошо знакомо. Но на этот раз она не собиралась сдаваться.
— Я ведь не какой-нибудь сосед с длинным носом. Я твоя дочь. Он мой отец. Вы мне уже давно должны были все рассказать, мама. Почему ты его разлюбила?
Кэтрин уставилась за окно на проплывавший мимо скучный и ничем не примечательный зимний пейзаж. Касси по опыту знала, что теперь из матери слова не вытянешь. Это был ее любимый способ уходить от ответа.
— Я никогда не переставала его любить.
Касси ошеломленно уставилась на мать: такого ответа она совершенно не ожидала. Она даже не нашлась что сказать. Кэтрин продолжала неотрывно смотреть в окно, но, видимо, прекрасно представляла себе, какое впечатление ее слова произвели на дочь.
— Я знаю, что внешне это, вероятно, выглядело совсем не так, — задумчиво произнесла она.
— Никаких «вероятно», мама. Все, кто вас знает, всегда были уверены, что вы друг друга просто ненавидите. Я просто не понимаю."
"— Знаю, что ты не понимаешь. Сказать по правде, я и сама не очень понимаю, — вздохнула Кэтрин. — Злость — очень сильная штука. И страх тоже. Оба эти чувства могут заставить делать такое, до чего в здравом уме и не додумаешься! А мной тогда — да и потом — управляли только эти два чувства.
Этого Касси тоже не могла понять.
— Страх? Ты и страх — у меня это в голове не укладывается! Ведь это ты тогда остановила грабителей в Шайенне! Одна против четверых, под пулями! И сама уложила двоих, включая главаря, у которого и были только что украденные из банка деньги! Да ты же самая бесстрашная женщина, и не надо мне рассказывать сказки!
Кэтрин наконец оторвала взгляд от окна и с легкой улыбкой сказала:
— В этом банке я держала кучу денег. И не собиралась стоять в стороне и спокойно глядеть, как эти денежки уплывают.
— Тогда чего же ты боялась?
— Послушай, Касси...
Касси был знаком этот тон, поэтому она быстро сказала:
— Теперь тебе уже поздно останавливаться. Я же с ума сойду, если не узнаю все до конца.
Кэтрин бросила на нее взгляд, полный отчаяния:
— Это упрямство ты унаследовала от своего отца!
— Я его унаследовала от тебя.
Кэтрин снова вздохнула:
— Ну, хорошо.
