Унитаза в моей комнате не было, но ведь не зря же я прожила четырнадцать лет в Уиллисе, где порой так страшно и холодно идти к удаленному от дома нужнику, что волей-неволей приходилось придумывать выход из положения. И даже когда мне немного полегчало, я все еще продолжала сидеть, чувствуя, что вот-вот начнется второй приступ.
Битый час просидела я на корточках, покрываясь липким потом и едва дыша от бесконечных судорог и урчания в кишечнике, а меня все несло и несло. Танцы уже кончились, и девочки возвращались в комнаты, смеясь и перешептываясь, явно чем-то очень довольные.
Кто-то постучался в мою дверь (раньше такого никогда не случалось), и чей-то ехидный голосок спросил:
— Хевен, ты здесь? Ты сегодня была королевой вечера! Куда ты так быстро исчезла, словно Золушка?
— Да, Хевен, — подхватил другой голос. — Мы все просто в восторге от твоего платья! Это именно то, что было нужно!
Я осторожно вынула пластиковый мешок от платья из плетеной мусорной корзины, засунула его еще в один мешок и туго завязала проводом. Главная проблема была решена, но теперь нужно было придумать, что делать с этим мешком дерьма. Сколько ни ломала я себе голову, иного выхода, как сбросить его в корзину для грязного белья, я не видела. Если только, конечно, мешок не лопнет.
Спрятав мешок под халатом, я направилась в душевую. Я вошла тихо, но в этом, как оказалось, не было необходимости: все девочки, бывшие на танцах, собрались в раздевалке, где имелось несколько сушилок для волос и туалетных столиков со светильниками, чтобы можно было накраситься. Обсуждая события вечера, девочки просто покатывались со смеху:
— Нет, вы видели, какое у нее было лицо? Белое, как у мертвеца! Мне даже стало жаль ее, Пру. Сколько ты накапала ей в пунш этой дряни?
— Вполне достаточно, чтобы она лопнула! Лопнула, как мыльный пузырь!
— А как здорово подыграли нам ребята! Интересно, успела она добежать до уборной?
— Как же она могла успеть, если мы заперли все туалеты?!
Их веселью не было предела, а мне было противно до тошноты. Даже в Уиллисе мне не встречались такие жестокие люди! Самые отпетые деревенские хулиганы не посмели бы проделать подобную шутку, понимая, что всему есть предел. Я спустила свой пластиковый мешок в самый большой лоток, надеясь, что скопившееся внизу мокрое грязное белье смягчит удар и мешок не лопнет. Затем я заперлась в душевой кабинке и принялась мыть шампунем волосы. Помывшись хорошенько под душем, я насухо вытерлась полотенцем, надела халат и вышла из кабинки.
