Го метеорита разрушил стабильность мира. Катастрофа затоптала старые времена, когда хранители усердно охраняли Винкрос от чужаков, а сами адепты забыли древние знания своих предков. Но теперь в мире пробудится зло, которое проникло с метeоритом в Винкрос. Это — последняя надежда, когда жители будут вынуждены вспомнить о своем предназначении и спасти не только планету, но и саму Землю, связанный с ней кровью космических событий.
Но ей всё же удалось сконцентрировать портал, зафиксировав его в кабине.
Сияющий проход застыл на месте, обрёл стабильность.
– Идём, только быстро! – Она взяла Стайгена за руку, и они вместе запрыгнули в тёмное пространство.
Корнел схватил Алекса за капюшон куртки.
– Бросай штурвал. Идём! Иначе мы сейчас разобьёмся.
– Что это такое? – едва смог выговорить Соколов.
Корнел не стал ничего объяснять. Он силой вбросил Алекса в сияющий голубой круг. Сам прыгнул за ним, чувствуя головокружение.
Яркие линии силового поля… Потом непроглядная тьма…
Через десять секунд самолёт на полном ходу врезался в гладь вод Атлантического океана.
От мощного удара последовал взрыв, и осколки разлетелись на сотни метров в стороны.
Остатки дорогого частного самолёта компании «Aircraft-JC» медленно уходили под воду. Спустя минуту только чёрный дым напоминал о случившейся трагедии.
Глава 4.
Долог путь домой
«– Если я ещё когда-нибудь пожалуюсь, что мне не хватает приключений…
– Я тебя так отколочу, что ты будешь умолять о пощаде.
– Я хотел сказать: «Напомни мне об этом моменте», но твоя идея тоже сгодится».
А. Дюма «Три мушкетера»
Винкрос. Неизвестное место.
Несколько часов спустя после крушения самолёта.
Сознание вернулось к Нике довольно быстро – каждое новое перемещение давалось легче. Она открыла глаза, пытаясь понять, что происходит, руки крепко сжимали кристалл. Ника сразу вспомнила, как всё произошло: жуткая картина падения самолёта стояла перед глазами как наяву.
Хорошо, что она не поддалась панике и смогла открыть портал."
"Ника поднялась и осмотрелась. Она попала в лес. Старые деревья, поросшие коричневым мхом, казались исполинами, вокруг раскинулся помятый колючий кустарник. Красное солнце только всходило над лесом, его даже не было видно из-за деревьев. Начинался рассвет.
Стайген находился в нескольких метрах от Ники, около тех самых кустов, смягчивших удар при падении. Лицо в ссадинах. Спортивный костюм порван. Ника подбежала к нему и присела на корточки. Её сердце бешено колотилось от волнения. Как он? Жив?
Она вдруг услышала его дыхание, и ей стало легче.
Но больше рядом никого не было.
– Стайген! Очнись! Стайген! – Она обняла его, пытаясь понять, спит князь или же без сознания.
Он застонал и вдруг зашевелился.
– Стайген, это я, Ника, – не прекращала она попыток привести его в чувство.
Внезапно Стайген открыл глаза, в них застыл леденящий ужас. Он сел, держась за голову. Поморщился.
