– А это идея! – подал голос Корнел.
– Я дам вам денег в дорогу и сопроводительное письмо к своей племяннице, Брине. Она живёт в Анлафе. Только вы не должны ей говорить, кто вы на самом деле. И тем более правду о королеве Тиане. Я уверена, у вас вместе всё получится…
Три дня спустя компания уже приближалась к территории Анлафа.
Внешне путники не отличались от местных жителей. На Нике было тёмно-серое дорожное платье, какие часто носили женщины Эрвига. На мужчинах – традиционные одежды: шляпы, плащи тёплых тонов, рубашки свободного покроя с ниспадающими рукавами, сапоги с отворотами, не слишком удобные при езде верхом, но вполне подходящие для прогулок и передвижения в карете.
Карета, которую отдала в их распоряжение княгиня эль Лонтон, скрывала от посторонних взглядов. Запряжённая четвёркой лошадей, она быстро мчалась по улицам Анлафа. Управлял ими кучер, нанятый Кайлой, который знал, как проехать по столице, не привлекая внимания солдат.
Видимо, Виатор эль Теорэн был слишком уж уверен в своих силах. Вокруг Анлафа не имелось укреплений.
Город ещё строился, расширялся. Повсюду находились рабочие – многие местные, другие – пленные маары. Недаром кочевники так остро реагировали на присутствие чужаков на своих территориях. По дороге мчались повозки, перевозившие песок, известняк, по окраине рабы тащили на верёвках каменные блоки. Стоял грохот, пыль поднималась из-под колёс проезжающих карет."
"Вскоре они выехали в район города, где в основном находились дома дворян. Эта часть Анлафа была выстроена несколько лет назад, поэтому здесь оказалось гораздо тише. Карета подъехала к особняку на окраине. Остановилась.
Ника выглянула в окно, чтобы убедиться в безопасности. Увидела дом, спрятанный за парком с фонтанами, которые были выключены. Но сам парк выглядел ухоженно. К воротам вёл широкий спуск с мостовой.
Путников заметила одна из служанок, которая поспешила в дом докладывать о гостях.
Владелицей дома оказалась дочь младшей сестры княгини. Довольно разговорчивая воспитанная юная леди была не замужем. Она удивилась, получив известие из провинции от любимой тётушки. Но гостей приняла радушно, с теплом. Наверняка, девчонка была хорошей партией для кого-то из столичных аристократов – с таким-то наследством. Но изначально стало понятно, что она готова вырваться из Анлафа при первой же возможности.
Тёмные чуть вьющиеся волосы обрамляли округлое лицо. Брови вразлёт над большими глазами фиолетового оттенка. Ростом чуть ниже Ники, она казалась маленькой, хрупкой, но в ней чувствовалась какая-то сила. По её словам, потеряв родителей, она воспитывалась до шестнадцати лет княгиней, недавно вернулась из пансиона. Сейчас же, с отъездом тётки, оказалась предоставленной самой себе.