К тому моменту, как появится ребенок, Джейн Сеймур, вероятно, превратится в отдаленное воспоминание, мимолетную досаду, не более.
Бóльшую озабоченность вызывала вероятность обрушения на Англию мстительной длани императора.
– Не могу передать, как меня тревожит мысль, что в случае вторжения в Англию наших детей могут отстранить от трона в пользу леди Марии, – сказала Анна Генриху, когда тот пришел отдать беременной жене обязательный ежедневный визит вежливости.
– Перестаньте беспокоиться. Если император высадится на наши берега, мы его встретим как полагается.
Эта бравая тирада, на взгляд Анны, прозвучала несколько натужно.
– Сир! – заговорила она страстно, отчаянно. – Леди Мария всегда будет доставлять нам неприятности. Ее неповиновение вашим справедливым велениям лишь придает силы нашим врагам. Умоляю вас, пусть закон возымеет над ней власть! Это единственный способ отвратить войну. Какую выгоду получит Карл, если ему не за кого будет сражаться? Ему нужна наша дружба и торговля с нами.
Заботливое выражение на лице короля сменилось хмурым.
– Вы просите меня отправить на эшафот собственную дочь?
– Она изменница и опасна для вас. Пока она жива, нашему сыну не жить спокойно!
Генрих смотрел на нее с отвращением:
– Возможно, угроза казнить Марию послужила бы серьезным предостережением для императора.
Анна ничего не ответила. Пока этого было достаточно, а в стратегическом плане могло иметь развитие. Она будет выжидать, пока не родится ребенок.
Однако Генрих ее удивил.
– Вы правы, – сказал он. – Я решился. Это нужно сделать.
На следующий день король пришел к Анне перед обедом и сообщил:
– Только что я виделся со своими советниками. Я заявил им всем, что больше не намерен испытывать проблемы, страх и терзаться подозрениями из-за возможных козней Екатерины и Марии. Я поставил их в известность, что на следующей сессии парламент должен издать против них Акт с обвинением в измене, или, клянусь Богом, я не стану ждать дольше и расправлюсь с ними сам!
– И что они ответили?
– Они были шокированы, но я сказал им, что тут не о чем плакать и ни к чему кривить лица. Сказал, что, даже если из-за этого потеряю корону, все равно исполню свое намерение.
Исполнит ли? Анна сомневалась.
– Вы поступили правильно, Генрих, – похвалила она супруга. – Нет другого способа обеспечить безопасность нашим детям.
– Да, но, ей-богу, какой ценой! – воскликнул король.
Позднее Анна послала за Джорджем и передала ему разговор с Генрихом.
– Даже если сейчас король даст слабину, когда родится сын, он мне не откажет. Но меня беспокоит настоящее. Боюсь, мои недруги готовятся меня уничтожить. Они уже лебезят перед этой девицей Сеймур.
– Тебя не тронут, раз ты носишь сына короля, – успокоил сестру Джордж.