Автор
В Annotation открывается бездна черных вод. Жизнь главного героя оборвалась в мгновение ока, и он увидел ее — коварную, привлекательную женщину, на которой теперь повисло смертельное обаяние. Его связь с ней стала неотъемлемой частью его бытия, затвердев в тесной братии отчаяния и страха. Каждый шаг приводил к новым угрозам жизни — и он сам не осмеливался их выкинуть....
Имя-то что такое дурацкое?
— Мне нравится, — пожала она плечом."
"Он следил за этим кратким жестом, как завороженный. Как-то пофигу стало, что только-только вышел от Катиш. И если пофигу это, то почему должно быть не пофигу, что дома ждет жена? Движения этой женщины манили его, она сама с этой минуты врезалась в его существо, не оставив места покою и благоразумию.
— Тебе не идет, — негромко ответил мужчина. А потом чуть склонился, чтобы что-то добавить. Не успел. Секунды не хватило.
— Закс, мать твою! Хрен тебя найдешь! — из соседнего зала к нему пробирался Ольховский.
Закс обернулся, окинул взглядом Алекса, выглядевшего немного более взъерошенным, чем обычно, и ответил:
— Трезвый, трезвый.
— Тогда к черту все, погнали. Ты все? Дел не осталось?
— Остались, — он усмехнулся, обернулся к той, что назвалась дурацким именем Северина, вынул из кармана визитку и сунул ей в руку. — Звони, или я сам тебя найду.
Звучало как обещание.
Она взяла визитку, посмотрела на имя, которое и без того прекрасно знала, и убрала карточку за корсет.
— Вы знаете, где меня найти, — ее улыбка и ему обещала многое.
Потом они ушли. Она осталась одна. В этом месте для избранных. Северина ходила среди клиентов, призывно улыбалась, составляла компанию и поддерживала ничего не значащие разговоры. И никто бы не догадался, что все ее мысли лишь об одном. О том, что ее чертова жизнь впервые дает ей чертов шанс, о котором она просила долгие десять лет.
Теперь Анна Протасова сможет, наконец, отомстить Виктору Заксу.
Глава 2. Настя
Десятью годами ранее
— Мам, ну маааам, — канючила Настя, бродя за матерью по дому. — Ну можно я поеду? Каникулы же. Через пару дней вернусь.
— И что тебе там сейчас делать? — с улыбкой спросила Марго. — К кому намылилась уже?
— Чего сразу «намылилась»? — надулась дочка. — Ну, допустим, с Машкой погуляем. Она же тебе нравится, — Настя показала матери язык. — Всегда говоришь, какая она умница-разумница.
— Ревнуешь?
— Больно надо!
— Лучше бы список литературы на лето открыла хоть, — отмахнулась Марго и направилась из кухни в гостиную.
На даче в это время было хорошо — тишина, хлопот никаких, ужин готов. Погода располагала к философствованию. Марго легко выдохнула и устроилась на диване, вытянув ноги.
— Десятый класс, Насть, определяться пора, — безапелляционно проговорила она.
— Ага, как раз дома и возьму Тургенева, — воодушевилась в ответ Настя. — А Шишкин меня с собой зовет поступать.
