Сидя за столом, чай в руке, я разглядывал листок с предложением купаться в завод Платова. Решение передо мной как вкопанным: выкуп или отказ. Встречаю звонок по указанным номерам и шагаю к заветному входу. Здесь открывается мир, где все идет по-другому — где можно быть самим собой и не бояться....
— Видите, — обрадовался продавец, — работает, — казалось, для него самого это стало неожиданностью, — кольцо превращает вашу магию в энергию, которую больше всего ненавидят звери прорыва, — в Истинный свет! Это — как святая вода для чертей, корёжит их, зверей то есть, — ухмыльнулся дедок. — К тому же, в поле этого кольца можно находиться очень долго, не ощущая мерзкого дыхания прорыва. Ему больше трёхсот лет. Когда-то давно это кольцо подарил моему деду Паладин. Мало того, что оно уникально, так ещё и возраст…
— То ты говоришь, что оно никому не нужно, то загибаешь цену, как будто предлагаешь манну небесную, — недовольно проворчал Араслан, с изумление крутя кольцо в руке, — да и старое такое.
— Эти кольца выпускали в достаточно большом количестве, это так, — согласился дед, — а сейчас они мало кого интересуют. Военные в прорывы «просто погулять» давно никого не пускают.
— И вы готовы расстаться с семейной реликвией? — с недоверием поинтересовался я.
— Оно создано, чтобы работать и бороться со злом, а не лежать мёртвым грузом на полке! Я обещал отцу, что это кольцо не будет пылиться. Но последние пятьдесят лет мне никого не удалось им заинтересовать, — признался продавец.
— И, несмотря на это, ты требуешь пятьсот тысяч? — чуть ли не прорычал Араслан.
В это момент мой браслет подал голос:
— Купи его! Купи! Оно нам нужно! — настойчиво попросил Борис.
— Нет, — я твёрдо посмотрел в глаза продавцу, — цена слишком высока. Отряд для сопровождения в прорыв стоит сильно дешевле. А тут только за кольцо, которое сотню лет валялось без дела. Мы, пожалуй, пойдём, — я развернулся и шагнул в сторону выхода из магазина.
— Постойте! — окрикнул меня дедок. — Вы обещаете, что отправитесь с этим кольцом в прорыв? — Его интонация меня удивила. В ней звучали и просьба, и надежда одновременно. Было странно такое слышать. Минуту назад передо мной стоял старый, циничный и прожжённый делец, который, конечно, рассказал трогательную историю, но она, скорее, напоминала легенду, выдуманную, чтобы продать завалявшуюся вещь.
