Сидя за столом, чай в руке, я разглядывал листок с предложением купаться в завод Платова. Решение передо мной как вкопанным: выкуп или отказ. Встречаю звонок по указанным номерам и шагаю к заветному входу. Здесь открывается мир, где все идет по-другому — где можно быть самим собой и не бояться....
После небольшой паузы, когда мы все обдумывали новые сведения, Аристарх Дмитриевич решил добавить:
— Но, признаюсь честно, я немного утрирую. Не во всех княжествах творился такой беспредел. Многие князья выбирали достойных и возвышали их. Правда, в общей массе таких было не так уж много. Да и те рода со временем менялись не в лучшую сторону. Если глава рода был сильным и влиятельным, умным и дальновидным, то дети или внуки, что наследовали род, не обязательно наследовали положительные качества своих родителей.
— Но ведь такие рода теряли свою влиятельность: чем хуже и слабее вассалы, тем слабее и род, — не выдержав, влез в беседу и я.
— Молодец, мысль здравая, но не совсем правильная. Ты смотришь на перспективу, сильно растянутую во времени. А многие живут сегодняшним днём. Особенно, когда не получают должного воспитания и растут в среде, где им с утра до ночи твердят об их исключительности и избранности. Происходит деформация сознания. Высшие аристократы перестают воспринимать людей, как равных.
— Но сейчас же не так! — не выдержал ещё кто-то из учеников. — Сейчас нормально работают социальные лифты. Мы учимся в одном классе с княжескими детьми — и ничего.
— Все собравшиеся в этом классе из родов, которые получили дворянство в период после революции, и сейчас мы перейдём к причине самой революции, к которой я уже вас подвёл.
— Давай ты, — преподаватель кивнул на одного из ребят.
— Нам в школе рассказывали, что изменилось время, и стране понадобилось много образованных людей, чтобы работать на заводах и жить в городах. Также требовалось большое количество магов для защиты страны от внешней угрозы.
— Всё правильно вам рассказывали, но где выводы? — проворчал старик.
— Образованным людям не нравилось то, как с ними обращалась высшая аристократия. Они же по-прежнему не имели никаких прав и слова против не могли сказать. Их заставляли работать по двенадцать-четырнадцать часов в день, платя совсем небольшие деньги, так, чтобы хватало на еду, не обеспечивая нормальные условия жизни. Они решили, что достойны лучшего. Многие стали искать места, где их больше ценят.
