Анальет. Книга 4 - Князь II: Москва в этой повести выглядит суровой зимой, где свинцовые тучи снегопад превращаются в небольшую пургу, делая обычный поездку на перрон вокзала настоящим испытанием для духа. Погода лишь подчеркивает атмосферу напряженности и мрачности повествования.
Думаю, управлять моим родом будет даже попроще, чем решать проблемы целого города, да ещё и окружающих его сёл. Опять-таки, этот человек благодарен мне лично, — хорошо, завтра же съезжу в Хадыженск, поговорю с ним, — принял я решение.
— Позвольте вас поправить, — Самохин недовольно свёл брови к переносице, — не дело это — главе рода ездить уговаривать людей. Я могу ему набрать и вызвать на встречу с вами.
— Нет, — твёрдо посмотрел я ему в глаза, — мы с ним в хороших отношениях, к тому же, я был бы не против посетить свою «берлогу». Думаю, это позволит мне привести свой организм в порядок. Так что сам съезжу.
— Хорошо, — не стал спорить со мной Александр. Полагаю, он был согласен, что мне стоит посетить источник. Тем более — после того как увидел мою вспышку, — если вы не против, я с вами поеду.
— Тоже хочешь в бассейн с целебной водой, — усмехнулся я.
— Да кто откажется, — расплылся в улыбке Самохин, — и насчёт Цыпко — вам стоит принять его в свой род. Это большая честь для простых людей. Да и… ритуал позволит вам контролировать своего управляющего.
— Так и сделаю. Да, и последнее: надо подумать, как принимать людей в род. Чтобы торжественно и красиво. Думаю, Пантелей Семёнович не будет против, если это произойдёт буднично и просто, но в дальнейшем…
— Задачу понял, — кивнул Александр, — разработаем. Это не так уж сложно.
Мы уже собирались прощаться, когда раздался звонок в дверь.
Глава 13
Глава 13
За дверью оказались Никанор и Курбатов. У их ног стояло несколько картонных ящиков.
— Это тебе, — Никанор поднял один из ящиков, я схватил второй и внёс его в дом, — вино в подарок от Петра Рогова. С его винодельни, — аккуратно поставив ящик в кладовку, с гордостью объявил Никанор.
— Спасибо, — кивнул ему я.
Самохин поздоровался с Никанором, потом достаточно тепло обнялся с Курбатовым. Похоже, он неплохо знаком с обоими.
— Что-то тебя давно не видно в тире? — хлопнув по плечу Вениамина Григорьевича, спросил Александр.
— Дела, — сухо ответил тот. Ему было немного неуютно. Это было заметно. Рядом со мной он предпочитал молчать и не лезть в беседу. Но я не верю, что Курбатов вдруг перевоспитался.
— Ладно, глава, я побегу? — обратился ко мне Самохин, сразу показывая, в качестве кого он здесь находится.
— Останься, — спокойно приказал ему я. Не было никакого желания беседовать с Никанором, а тем более, с Курбатовым наедине. Да и секретов от собственного главы СБ у меня нет.
