Въехав в Мариуполь, мы оказались среди ярких огней старого города и чарующей природы окрестностей. Стоило только выйти из машины, как дверь особняка с тщательно убранной территорией распахнулась, открыв радушный прием гостей для нашу парочку. За спиной хозяина стоял известный адвокат Пётр Корсаков, ждущий продолжения истории....
Как это ни странно, в прорыве слегка меняются физические законы. Этого вполне достаточно, чтобы порох не взрывался, а электрический фонарик не горел. Остаётся только холодное оружие. У меня и Араслана это сабля. У двух «мастеров» — топорики. Павел и Михаил кололи зверей шпагами. Но от них было мало толку. Лисы оказались слишком проворны.
К концу боя я один стоял на ногах, при этом меня даже ни разу не укусили. Остальные лежали на земле, которая от схватки превратилась в грязь, смешанную с кровью убитых лисиц.
— Мы дальше не пройдём.
Он хотя бы был в сознании. Трое «мастеров» лежали в отключке. Араслан и Павел держались лучше, но тоже подняться с земли не могли. Остальные с трудом шевелились, лёжа на земле и пытаясь сесть.
— Неприятная ситуация, — сквозь силы улыбнулся Павел, глядя на забор, оставшийся за нашими спинами. До него было метров пятьдесят — через кусты и деревья. Но мало дойти — надо же ещё и перелезть!
— Сможете идти? — Я присел на корточки рядом с Арасланом и Павлом.
— Включи своё кольцо, — попросил Араслан.
Пришлось включить. Поле истинного света я продержал меньше минуты, но этого времени хватило, чтобы «мастера» пришли в себя. Павел и Араслан с моей помощью поднялись на ноги. Михаил так и остался сидеть в грязи. Его левая рука была серьёзно повреждена. Одна из лисиц сумела вцепиться в нее своими мелкими зубами. Кое как мы из шарфа сделали повязку и подвесили руку.
— Рыси! — закричал один из «мастеров».
Их было всего три.
Араслан с Павлом, помогая друг другу, поднялись на ноги и встали рядом со мной. Мы сместились слегка в сторону, прикрывая Михаила и его людей.
Звери оказались хитрыми и быстрыми. Одна из рысей сделала вид, что прыгает на нас, а две другие тем временем схватили одного из «мастеров» за ногу и поволокли в кусты. Отвлечься и броситься за ними я не мог — вожак кружил в трёх метрах от меня.
Из кустов раздался крик человека и мерзкий хруст. Крик быстро замолк, теперь мы слышали лишь чавканье и хлюпанье крови. Бесила собственная беспомощность. Мы ничем не могли ему помочь. Да и поздно уже.
Вожак был крупным, в холке чуть выше метра. Он оскалил зубы, с которых капала слюна, и зарычал. Морда — смесь волка и рыси.
