Вряд ли он работает на легальной основе. Если только со стороны криминала, – задумчиво сказала Аля, любуясь игрой света одного из алмазов.
– Интересно, откуда он их вез. Насколько я знаю, месторождения алмазов в России еще неизвестны… Из Африки, что ли? – с интересом спросил профессор, тоже полюбовавшись игрой света самого крупного, на мой взгляд, алмаза.
– Да кто его знает? – пожал я плечами.
– Не помню, в каком году, но Польша считалась довольно сильной по части огранки алмазов. Дети Израилевы держали более восьмидесяти процентов рынка, так что я не удивляюсь неограненным алмазам. Но лучше бы, Александр, вы взяли уже ограненные. Меньше проблем, – невозмутимо продолжил профессор.
– Вот спасибо, мне что, там всех обхлопывать нужно было?! – возмутился я.
– Думаю, тот, кому они принадлежат, не оставит это просто так. Нас будут искать. Хотя я сомневаюсь, что найдут, – тихо сказал Андрей, считая «стекляшки».
– Пусть ищут.
– Триста восемь, – закончил подсчет Андрей, после чего стал убирать их обратно.
– Тут и на имение хватит. А то и не на одно, – хмыкнул профессор.
– Но все равно нужно быть осторожными. Так, на всякий случай, – сказал я, продолжая осматривать вещи на столе.
К куче уже осмотренных прибавился паспорт «борова», где было написано, что хозяин вещей является Михаилом Михайловичем Оболенским, дворянином из-под Москвы, и дорожная иконка.
– Смотри-ка, и в это время с талисманами ездят, – сказал я, выкидывая вслед за остальными ненужными вещами иконку в иллюминатор. Никто ничего не сказал, фанатиков среди нас не было.
– Кто останется с вещами, пока мы идем в ресторан? – спросил я через полчаса, как только мы закончили убирать более или менее ценные вещи в нашу ручную кладь. Часы я отдал профессору, он с ними смотрелся представительнее. И пока он развлекался, изучая их, мы выбирали, кто останется. Желающих не было, поэтому решили бросить монетку. Я предложил. И я же остался. Не повезло.
После некоторого раздумья Аля осталась со мной, так что пока Андрей с профессором ходили обедать, мы занялись более интересными делами.
После возращения отобедавших мы оставили их и, убедившись, что они заперлись в каютах, направились в ресторан.
– Красиво тут, – тихо сказала Аля, с интересом разглядывая небольшой ресторан.
– Да, просто прелесть. Займем вон тот столик у окна, – предложил я, повел девушку к небольшому столику и стал помогать ей присесть на стул, что с ее платьем было довольно трудной задачей.
Сделав заказ и ожидая его, мы поели пока холодных закусок.
– Знаешь, мне пришла в голову одна мысль… Ты не помнишь, сколько стоял пакетбот до того, как мы приехали на вокзал? – спросил я у Али.
Задумчиво ковыряясь в салатике, она припомнила:
– Часа два, кажется.
– Вот и я о чем.