Разминувшись с тремя грузовиками, набитыми солдатами, выскочили на дорогу и через пару минут влились в автоколонну, с помощью которой и проскочили несколько постов. Останавливали дважды, но машины не осматривали, только проверяли бумаги у старшего колонны. Колонна шла в нужную нам сторону, так что я не спешил избавляться от такого роскошного прикрытия, однако к часу ночи колонна повернула к очередному селу, которое было, видимо, пунктом их назначения – в других селах, через которые мы проезжали, они не останавливались.
– Повезло, что машины не пересчитывали, тогда могли бы попасться, – пробормотал Лобанов, подсвечивая фонариком карту.
– Это верно. Повезло, что машин много было. Заметил, что они даже оправиться не останавливались?
– Заметил. Интересно, что за груз они везли?
Поняв, что немцы прибыли к месту службы, мы с выключенными фарами потихоньку отстали и свернули на ближайшую полевую дорогу.
Село осталось километрах в трех справа, сейчас машина стояла в открытом поле, освещаемом луной, и некоторые пассажиры оправлялись после долгой езды. Я уже успел сходить, так что спокойно сидел в машине.
– Что скажешь?
– Похоже, мы вот тут, – ткнул пальцем капитан в карту.
Присмотревшись к пятнышку населенного пункта, я поинтересовался:
– Сколько нам осталось?
– До Буга?
– Да."
"– Километров одиннадцать. Переправляться лучше вот тут. Бродов нет, постов тоже, войска в стороне. Им тут просто нечего делать. Так что идеальное место.
– Да, потом еще сто километров оккупированной территории преодолеть – и дома. Ладно, планируй дальнейший маршрут, а я пока пойду узнаю у Зорге, что там с ранеными. Капитан более или менее пришел в себя, а вот старшина был плох, как бы мы ни старались растрясти его.
– Понятно.
– И да, подумайте о захвате радиостанции у немцев. Это шанс вырваться без особых потерь.
– Подумаем, товарищ полковник.
– Думайте. Стоянка час, потом едем дальше, – приказал я, вылезая из кабины.
Пока было время, я расспросил Зорге о раненых и, отмахнувшись от его требований отпустить его, напомнил, что ничего подобного не обещал, только дал слово, что он останется в живых.
– Аль?
– Да?
– Отойдем, поговорить надо, а то мы за весь день словом обмолвиться не успели.
– Хорошо.
Отойдя от машины чуть в сторону, я спросил:
– Что думаешь о наших шансах прорваться к своим?
– Намекаешь на «объект»?
– Да. Слышала, как Лобанов докладывал об обстановке на передовой? С ранеными шансов перейти на своих двоих отсутствуют напрочь. Там идут сплошные бои, немцы стоят тремя-четырьмя эшелонами, и преодолеть их… сама понимаешь, невозможно, – пробормотал я, задумчиво потирая затылок ладонью.
– Но портал тоже лучше исключить. Приведем еще кого-нибудь за собой.