Когда мы, пряча лица от поднявшегося ветра, вышли на причал, кутаясь в плащи – снегопад продолжался, – к нам навстречу вышел дюжий мужик. Судя по одеянию, он был рыбаком и, скорее всего, владельцем одной из лодок. Может быть, даже той, у которой возилось три фигуры.
– Чем могу помочь, господа? – поинтересовался он, сплевывая с пирса в темную воду. За его спиной еще двое мужиков и тонкая пацанская фигурка, тоже в брезентовых плащах, что-то доставали из одной из лодок. Судя по запаху рыбы, они только что пришли с добычи.
– Мы хотели узнать, возможно ли купить хороший баркас вроде того, что есть у старика Стрейтена? – ответил Финн."
"– Что, и вам он попытался продать свою гниль? – хмыкнул рыбак.
– Пытался, – кивнул Финн, – так что насчет нашей просьбы?
– Тут стоит баркас Томми, он погиб на охоте две недели назад. Хотел сделать запасы мяса на зиму. Теперь его жена продает баркас. Он такой же, как у старика Стрейтена, только гораздо новее. И на три фута длиннее.
– Его можно осмотреть?
– Да, сэр, я сам покажу вам его. Если бы подходил для рыбалки, я сам бы купил его.
Мы прошли по пирсу в самый конец, где играли длинные волны, и спустились на палубу довольно большого баркаса. Приобняв единственную мачту, я показал на воду, что скопилась на дне.
– Это после осадков, сэр, – пояснил Финн, выныривая из одной из кают, после чего стал проверять баркас. Даже снял румпель, осмотрел и поставил его на место. Лопасть руля он осмотрел мельком, явно удовлетворившись его состоянием. Деньги он свои отрабатывал полностью, мы с ним договорились на один фунт за помощь в покупке.
– Что скажешь? – наконец спросил я, когда моряк замер.
– Немного не ухожен, нужно будет привести в порядок такелаж, сменить парус, откачать воду, а так баркас в отличном состоянии, сэр.
– Сколько он примерно может стоить?
– Сейчас не сезон, думаю, фунтов за восемь отдадут, сэр. Наши ребята со «Святой Анны» за пару шиллингов сделают ремонт, сэр.
– Хозяйка просила двенадцать, – сказал рыбак, который нас внимательно слушал. В это время к нему подошел пацанчик, сообщивший, что корзины с рыбой загружены в телегу, и, получив от отца приказ везти все в сарай, быстро убежал к остальным ожидающим рыбакам. А сам сопровождавший нас рыбак, представившийся Беном Строммом, согласился проводить нас до дома вдовы.
После небольшого торга хозяйка согласилась продать баркас за десять фунтов, после этого мы составили договор, который подписали двое свидетелей, Стромм и Финн, и я уплатил за плавсредство. Все, с этой минуты баркас был мой. Забрав из лодочного сарая остальное имущество вроде якоря, весел и тому подобного, мы тяжело нагруженные возвращались на пирс. Стромм уже ушел к себе, поэтому в начавшейся сгущаться темноте, ладно хоть, снег прекратился, мы шли одни.