Автор
Представьте себе мир, где каждая вещь может стать ключом к загадочному аномальному аспекту реальности. Когда обычное становится удивительным, и жизнь бабушки внезапно меняется, как нажатие кнопки на дешевой электронной детской игрушке. Встреча с этой необъяснимой силой заставляет тебя задуматься о том, что может скрываться за обычным....
– Чей-то сразу задом? Мало того, что вместо Мальдив привез меня в лес, так еще и сразу задом? Хоть бы раз притворился нормальным и капельку романтичным.
– То же самое я могу сказать о тебе. Хоть бы раз притворилась нормальной девушкой.
– Я тебе такой не понравлюсь.
– Как и я тебе, – парирует в ответ. – А теперь рот на замок и сядь ко мне задом.
Вот только не хватало мне стоять на коленях с оттопыренной пятой точкой под чириканье птиц.
– Что ты делаешь?! Я сказал сесть, а не встать на колени, – дергает меня за руку и усаживает на попу спиной к себе.
– Хочу тебе признаться в кое-чем очень личном и сокровенном, – да ладно. Снова? – Ты мне прям как ножом по сердцу полосуешь, – шепчет на ухо. – Когда чистишь картошку, – чего?! – И срезаешь с нее половину. Поэтому я сейчас научу тебя делать это по-другому.
Хотелось бы сказать, что он шутит, так ведь нет же. Он вкладывает мне в руку картофелину и обхватывает ее своей лапой. То же самое проделывает с другой рукой только с ножом.
– Только ты мог привезти меня в лес чистить картошку. Я тебя когда-нибудь реально грохну, Сережа.
– Зато, смотри, как романтично, – усмехается мне в шею. – Медленно и аккуратно снимаем тонкий, очень тонкий слой…
– Твоей кожи?
– Кожуры картофелины.
– А потом твоей?
– А потом будем варить походный суп.
– С твоими костями?
– С тушенкой. Вот так, молодец.
– А после супа что?
– А после супа – пойдем купаться голышом.
И ладно бы пошутил. Так ведь нет же, справившись с ювелирной работой по чистке картофеля, Потапов обнажается первым. Оборачиваюсь по сторонам и, убедившись, что в лесу никого нет, аналогично скидываю с себя всю одежду и иду купаться в озеро.
Мы резвимся в озере как дети, по ощущениям, не меньше получаса. Наконец, немного замерзнув, я выхожу из воды первой и быстро поднимаюсь к нашей палатке.
Вытираюсь насухо и надеваю на себя трусы. И в этот момент в нескольких метрах от меня появляется собака. Огромная, не ясной породы. А вслед за ней еще одна. Мамочки.
– Только не делай резких движений. Они обнюхают и уйдут. И не визжи, пожалуйста, – если бы Потапов не встал впереди меня, фактически закрыв, я бы точно уже орала как резаная, ибо вид у собак пугающий.
– А писаться можно?
– Лучше не надо.
