Автор
Представьте себе мир, где каждая вещь может стать ключом к загадочному аномальному аспекту реальности. Когда обычное становится удивительным, и жизнь бабушки внезапно меняется, как нажатие кнопки на дешевой электронной детской игрушке. Встреча с этой необъяснимой силой заставляет тебя задуматься о том, что может скрываться за обычным....
– Нравится?
– Это свадебное?
– Очень смешно. Короткое свадебное платье – к короткой семейной жизни. А тебе мучиться со мной долго. Это платье на сегодняшнюю пирушку в честь твоего повышения. Ну так что? Нравится?"
"– Нравится. А свадебное нельзя посмотреть заранее? Хотел бы убедиться, что там не видна грудь.
– Конечно, видна. Но соски нет. Не волнуйся. Приличное платье я надену на венчание.
– А у нас и венчание будет?
– Когда-нибудь, непременно да. Кстати, а помнишь ты обещал выполнить одно моё желание, если мне не понравится поездка в лес?
– Смутно.
– Но сейчас же вспомнил?
– Типа того.
– Так вот, я хочу, чтобы ты выполнил одно мое желание.
– Я его уже выполнил. Табор незнакомых для меня людей, идиотский костюм, не менее идиотский ведущий, тупые пошлые конкурсы и натянутая на лицо улыбка. Ах, да, забыл. Танец, куда ж без него. И вишенка на торте – куча потраченного впустую бабла. Я ничего не забыл?
– Хм… ты про свадьбу?
– Про нее родимую.
– Так это наше общее желание. Это не в счет.
– Общее? Черт, запамятовал.
– Ну да, возраст, понимаю, – тянусь к нему на цыпочках и целомудренно целую в щеку. – Я куплю тебе нооотропчики для памяти. Ну так вот, про желание. Исполни одно мое малюсенькое желание.
– Нет, – спокойно произносит Сережа и тут же направляется к двери.
– Ну, Сережа. Ты даже его не выслушал.
– Я и так его знаю. Не обсуждается. Я сказал, нет и точка. Либо Потапова, либо табор отменяется.
– Ну почему?! – истерично произношу я, следуя за ним.
– Потому что я так хочу, – равнодушно бросает Сережа, усаживаясь на диван.
– А я хочу по-другому.
Больше возможностей уговорить оставить свою фамилию не будет. Надо действовать сейчас. Несмотря на то, что в платье забираться на колени Потапова, из-за того, что оно узкое, неудобно, я все равно делаю именно это.
– Я не изменю своего решения. Ты берешь мою фамилию.
– Точно не изменишь?
– Сто процентов.
Ну это мы еще посмотрим. Аккуратно спускаю одну лямку, затем вторую.
– Когда часто делаешь один и тот же прием, он перестает работать.
– То есть тебе уже не нравится моя грудь?
– Очень нравится, – строго произносит Сережа, натягивая обратно платье.
– Странно, – разочарованно бросаю я. – Приходила твоя мама, попробовала мои колдуны и сказала, что все.
– Что все?
– Все, можно вить из тебя веревки.
– Так и сказала?
– Ага.
