Автор
Представьте себе мир, где каждая вещь может стать ключом к загадочному аномальному аспекту реальности. Когда обычное становится удивительным, и жизнь бабушки внезапно меняется, как нажатие кнопки на дешевой электронной детской игрушке. Встреча с этой необъяснимой силой заставляет тебя задуматься о том, что может скрываться за обычным....
Изыди! Зажмуриваю глаза и продолжаю танцевать как ни в чем не бывало, в надежде на то, что эта нечисть рассосется. Открываю глаза и нет, не рассосалась. Стоит в нескольких сантиметрах от меня.
Глава 15
Стоит и продолжает на меня пялиться, прожигая во мне дыру. Только сейчас замечаю, что на нем непривычная для него одежда. Светлые джинсы, белая футболка и, накинутая поверх нее, расстёгнутая рубашка в клетку. Выглядит… моложаво. Не знала бы, сказала, что мой ровесник. На тридцатку гад совсем не выглядит. Особенно сейчас, когда он гладко выбрит.
– Чего уставился?
– Обеспокоен. Думаю, что за хворь у тебя неясного генеза. У меня кот, когда блюет, такие же движения туловищем делает, – ну вот зачем я ввязываюсь в это, а он подыгрывает?!
– Это танцем зовется. Погугли на досуге.
– А больше похоже на конвульсии.
– Больше похоже на то, что с твоим появлением стало душно и нечем дышать. Не пошел бы ты отсюда?
– Даже так. А как же субординация? Осознаешь, что я с тобой сделаю в понедельник?
– То же, что и во вторник, среду, четверг, пятницу и иногда субботу.
– У тебя есть десять секунд, чтобы извиниться.
– А почему так много?
– Обычно я даю пять. Но для особо одаренных пьяных рыжих даю послабление в десять секунд.
– Окей. Отвалите, Сергей Александрович. Ой, то есть, я хотела сказать, извините.
– Ну так даже интереснее. До понедельника, – небрежно бросает Потапов, порываясь уйти.
– В понедельник я вывихну себе ногу.
– А я вставлю тебе. В смысле, вправлю ее.
– Мне кажется или вы оказываете мне знаки…домогания?
– Не уверен, что есть такое слово. Но если ты про домогательства, то нет, еще не начинал.
Я отчаянно не понимаю этого мужика. Первая пришедшая на ум мысль после того, как я сажусь за барную стойку, в надежде охладиться и протрезвиться холодной водой: я ему нравлюсь и поэтому он за мной следит. Только я быстро отметаю эту дурь. Даже если предположить, что она на меня запал, такой фигней он заниматься не будет.
"И тут же в голову приходит другая мысль: он здесь, потому что папа попросил его за мной следить. А если точнее не попросил, а настойчиво наказал. А ведь я и правда не замечаю за собой никаких хвостов в последние дни. Кто бы просто так отпустил меня в далеко не виповский, плохо охраняемый клуб. Этого мне еще не хватало!
– Молодец, водичка в самый раз, – поворачиваюсь к подсевшему Руслану.
