Держа голову высоко поднятой, я уверенно шагал вперед прямо сквозь пламя. В этот момент я пытался понять, какой же ранг у Волынского. Вряд ли юноша слабый Мастер. Скорее очень сильный Наставник.
Возможно, по силе он примерно равен Софье.
Хотя сколько ни пытаюсь, не могу представить, чтобы Троекурова проиграла этому мерзавцу, если бы им пришлось сражаться.
Форкх меня дери, он все больше живы вваливает в атаку! И чем ближе я к противнику, тем мощнее на меня давит его техника.
Но плевать! Я выдержу!
Главное – удержать покров подольше, а то опять прическу спалю. И на больших экранах это будет выглядеть подозрительно."
"Не прекращая медленно шагать сквозь пламя, я криво усмехнулся, радуясь, что так вовремя вспомнил про необходимость следить за целостностью прически.
Эх, обидно, что я из-за огня не могу разглядеть лицо Волынского. Злится ли он сейчас? Или шокирован? Я вижу только его размытый силуэт, знаю, что противник, поддерживая мощную технику, остается на месте.
И это главное.
– Боги, он прет как бульдозер! – воскликнул Влад и тут же осекся. Вся группа поддержки Аскольда сидела рядом, даже великая княгиня Тверская расположилась на соседнем диванчике. Ее присутствие давило. С такой соседкой не забалуешь.
– Удивительно, на одном лишь покрове!.. – восхищенно прошептала Яна Оболенская и опасливо покосилась на мать. А Троекурова задумчиво произнесла:
– Похоже, Аскольд Игоревич стал еще сильнее с момента нашей битвы.
– Так и есть, – значительно проговорила великая княжна Казанская, сидевшая на диване позади.
Софья никак не отреагировала на тон девушки, а вот Алиса неодобрительно покосилась на Юлию Ромодановскую. После чего едва заметно толкнула свою лучшую подругу плечиком и бойко произнесла:
– Наш чемпион растет не по дням, а по часам. И привлекает к себе внимание все новых и новых… хм… инвесторов.
Две княжны крепко задумались над словами третьей. Ну а четвертая – Яна Оболенская, пропустила разговор мимо ушей, неотрывно наблюдая за происходящим на арене.
Девушка подняла глаза на огромный экран, где как раз показывали лицо Волынского. И в глазах боярина читалось изумление.
– И не скажешь, что у Аскольда проблемы со здоровьем, – тихо сказала Юлия.
Противник все-таки попятился. И пусть Волынский не прекращал давить меня огненным потоком, мощность потока ослабла, ведь юноше пришлось снизить концентрацию на своей технике.
Между нами оставалось около двух метров, а моему «скачущему» облаку хоть бы хны.
Правда, у меня опять начало ломить кости, и все мышцы поднывают. Продолжу использовать столько альтеры – станет еще хуже.
Пожалуй, своей неспешной прогулочной походкой сквозь пламя я заставил противника потратить немало живы. Пора заканчивать с этим поединком.