В зале штаба африканской базы Оболенских, я скользнул взглядом по календарю, отмечавшем воскресенье 8 августа тысячи девятого года. Карта местности занимала большую часть стены и показывала нашу базу севернее городка Макуюни. Первый вывод — наша операция начинается именно здесь, на вулкане Альянс, где мы будем готовиться к неизвестному будущему....
Чисто на всякий случай.
— Должно быть, наследный княжич Новочеркасский не гуляет без охраны?
— Конечно, нет! А вдруг британцы смогут пробиться в Москву и попытаются прикончить меня за все мои Африканские подвиги?
— Стало быть, охрана будет могучей, — хмыкнул Евгений Кириллович. — Знаете, Артём Викторович, Гуру моего княжества, Денис Валентинович Борский с товарищами тоже планирует завтра гулять недалеко от Кремля. Если вам будет скучно, можете позвонить ему. Номер я дам.
— Ох, с радостью запишу, — улыбнулся Арвин.
— А теперь, давайте вернёмся в дом. А то Юля расстроится, если вы не уделите ей должного внимания.
— Конечно, давайте вернёмся. Я не хочу, чтобы Юля расстраивалась.
— Как и я, — хмыкнул великий князь.
Глава 18
Среда, двадцать третье августа две тысячи девятого года.
К восьми часам вечера огромный кортеж, состоящий из машин трёх княжеств и автомобиля с номерами Рюриковичей ехал в Московский Кремль. Когда мы уже подъезжали, я окончательно убедился в том, что Годуновы действительно постарались не привлекать внимания к нашей с ними «рабочей встрече».
Хотя я абсолютно уверен, что, например, вон тот мужик, катящий детскую коляску по тротуару и воркующая с ним женщина — либо ратники Годуновых, либо Дружинники Хранителей.
И подобных «случайных» прохожих среди гуляющей публики рядом с Кремлём было немало.
Наш кортеж проехал двое ворот Кремлёвского комплекса. Мы двигались прямо к самому сердцу Кремля — туда, где за первым, внутренним кольцом стен располагалась святая святых Российской империи.
— Ну здравствуй, отчий дом, — глядя в тонированное окно автомобиля равнодушно произнесла Соня. Она выглядела совершенно спокойно. Как в те времена, когда была Царицей Лицея.
Правда, сейчас она крепко держала меня за руку.
Тёща сидела на сиденье напротив, преисполненная воинственной решимостью. Взглянув на Софью, она одобрительно кивнула.
Я ехал с Соней и Елизаветой Александровной в одном автомобиле.
