В зале штаба африканской базы Оболенских, я скользнул взглядом по календарю, отмечавшем воскресенье 8 августа тысячи девятого года. Карта местности занимала большую часть стены и показывала нашу базу севернее городка Макуюни. Первый вывод — наша операция начинается именно здесь, на вулкане Альянс, где мы будем готовиться к неизвестному будущему....
Космических технологий, позволяющих это сделать (свалить на неизведанную планету), в этом мире нет, а чувство долга запрещает мне бросать на произвол судьбы крохотное, только рождённое княжество.
Но Форкх его дери, сколько же всего нужно сделать! А именно принять вассальные клятвы, выдать новые документы, озвучить свой план развития княжества — застройки и привлечения новых жителей. А если привлекать новых жителей, то необходимо заранее подумать не только о том, где они будут жить и работать, но ещё и как свести к минимуму риски заполнить своё княжество шпионами других родов.
В общем, меня ждала та ещё веселуха. Благо я заблаговременно начал готовиться к своей «взрослой» жизни. И пусть то, что я сразу стану князем и мне понадобится выстраивать не боярский род, а целое княжество, я узнал совсем недавно — мои наработки мне очень пригодились.
Но ещё больше пригодились верные люди. Например, Виктор Геннадьевич Хорькин. Когда я протянул руку помощи неопрятному алкоголику со сложной судьбой, у меня было чувство, что он может стать одним из самых надёжных моих людей.
"Да вот только статус Слуги, как ни крути, мелковат для такой должности. Конечно, будучи князем, я мог бы сделать его дворянином. У князя есть такое право, но ограниченно оно императорской «квотой». Но и квоты эти превысить сложно, уже давно никто из князей не выдавал максимум дворянских титулов за один год. За мелкие заслуги у князя, воспитанного в древних традициях, рука не поднимется сделать Слугу дворянином. Чтобы не обесценивать сам титул аристократа.
Так как моё княжество только создано, эта «квота» у меня гораздо выше, чем у других князей — мне дают возможность формировать элиту нового княжества не только из бывших имперских аристократов, но и из тех детей аристократов, которые решили создать свой собственный род.
Однако тут вступает в силу другое ограничение — моё собственное воспитание. Я не воспитывался как княжич этого мира, хоть княжичем по крови и являюсь.
