В зале штаба африканской базы Оболенских, я скользнул взглядом по календарю, отмечавшем воскресенье 8 августа тысячи девятого года. Карта местности занимала большую часть стены и показывала нашу базу севернее городка Макуюни. Первый вывод — наша операция начинается именно здесь, на вулкане Альянс, где мы будем готовиться к неизвестному будущему....
Свою собственную целительницу Андрей Оболенский практически никогда не берёт на фронт, оставляя с семьёй.
— Рад видеть тебя, сын. Люда, благодарю тебя, — великий князь кивнул женщине. — Дима, не оставите нас?
После недолгой череды поклонов в комнате-палатке остались только мы вдвоём. Великий князь громким криком велел срочно накрыть на стол. Судя по всему, слуги стояли наготове, ибо не прошло и пяти минут, как стол был сервирован, и мы вдвоём приступили к обеду, дабы восстановить силы."
"С отцом мы в двух словах обсудили прошедший первый этап штурма.
Наши раненные Гуру быстро встанут на ноги — у каждого бойца такой силы есть собственная целительница, которая быстро приведёт его в порядок.
— В данный момент продвижение идёт плавно, достойного сопротивления со стороны противника не наблюдается, — поставив чашку с чаем на стол, резюмировал Андрей Оболенский.
— Хорошо, — кивнул я, прислушиваясь к своему организму. Хм… подлечен, сыт и готов к свершениям. — Ты сам-то как себя чувствуешь?
— Замечательно, — улыбнулся великий князь. — Хочется уже опробовать в бою свой космодоспех.
— Ну да, теперь-то можно, — хмыкнул я. — Мне и самому предстоит очередной тест в полевых условиях. Своему «Золотому льву» я ставлю высший балл, — произнёс я, вспомнив поджаренный вражеским Гуру космодоспех. Грустно вздохнул и добавил: — Надеюсь, инженеры оперативно вернут его в строй.
Великий князь Тверской посерьёзнел и чуть нахмурился:
— Вы в самом деле хотите… поэкспериментировать? Я слышал, другой доспех ещё не закончен…
— Если бы он был не закончен, Архун не допустил бы его до конечного пользователя — пилота.
— Да, получили, — сухо ответил князь.
Я расплылся в довольной улыбке. Меня накрыла волна предвкушения, даже более мощная, нежели перед первым боевым вылетом сегодня утром.
— Пойдём уже! — бодро предложил я.
