В зале штаба африканской базы Оболенских, я скользнул взглядом по календарю, отмечавшем воскресенье 8 августа тысячи девятого года. Карта местности занимала большую часть стены и показывала нашу базу севернее городка Макуюни. Первый вывод — наша операция начинается именно здесь, на вулкане Альянс, где мы будем готовиться к неизвестному будущему....
— Ладно, обойдёмся без лести. Пошли уже, нечего заставлять моего… кем он там мне приходится? Приёмный тесть? В общем, нечего заставлять его ждать.
***
Князь Выборгский извинился за то, что знал о планах императрицы сделать достоянием общественности факт моего спасения Софьи, но не сообщил нам заранее. С его стороны утаивание от союзников такой информации может показаться кому-то бесчестным. Мол, без нашего ведома и согласия нас (ну точнее меня одного — младшего великого княжича Тверского) использовали в каких-то своих планах.
Но!
С другой стороны, князь Выборгский как будто бы выполнял приказ императрицы. А она стоит выше любых князей. Остановить её никак он не мог.
И всё же в голосе Антона Ивановича Троекурова слышалось лёгкое чувство вины. Потом, правда, он попытался оправдать себя тем, что Софья сообщила ему о нашем с ней желании создать свой собственный боярский род. Мол, то, что императрица заявила, что меня необходимо сделать князем, не противоречит моим изначальным планам, а, в общем-то, им соответствует.
Выслушав князя Выборгского, мы с Андреем Оболенским заверили его, что после принесённых извинений, никаких претензий к нему не имеем и приступили к обсуждению наших дальнейших планов."
"— Её величество желает, чтобы вы с Софьей оставались в Африке до тех пор, пока не будет получен ответ от Канцлера. И пока не будет всё готово к вашей свадьбе.
— То есть её величество хочет, чтобы мы сидели тут как можно дольше? — уточнил я, вместе с «отцом» разместившись в удобных креслах в специально оборудованной комнате для подобных сеансов связи.
— Откровенно говоря — да, — чуть поколебавшись, ответил Троекуров.
— Увы, вряд ли мы сможем усидеть на месте так долго, Антон Иванович. Да и Соня, полагаю, очень хочет встретиться со своей матушкой, раз уж карты вскрылись.
— Так, но… Возвращение в империю может быть опасным.
— А сидеть на военной базе безопасно? При всём уважении, Антон Иванович. «Новая» база вашего княжества недавно подверглась нападению…
— Но сейчас-то британцы отступили.
— Отступили. Но всякое может случиться. Неважно, в Африке или в России. Как бы то ни было, Антон Иванович, сверхважных причин оставаться в Африке у меня нет. А те, которые есть, меркнут перед необходимостью отправиться в Москву.
