В космодроме Аномальный наследник #10 стартует с ускоренной маховицей и сердитыми турбуналами. Здесь главный герой, как всегда, берёт на себя больше, чем может обычный человек. Его любовь к брату Яне превращается в безусловную защиту, несмотря ни на что — даже когда смертельная опасность поджидала в самой глубине космоса....
Правда, принято считать, что атрибуты жи́вы откликаются на особенности тела носителя. То есть сами по себе люди с молнией будут шевелиться и думать гораздо быстрее основательных владельцев, например, атрибута «земля».
Но я — другой случай. Мои мозги ещё в прошлой жизни научились максимально эффективно обрабатывать информацию. И пусть сейчас я медлительнее себя прошлого, я всё же соображаю гораздо быстрее других владельцев молнии. Вероятно, и кровь Архея в моих венах способствует этому.
В общем, бой в густом лесу на огромных скоростях для меня не создаст особых проблем.
В отличие от моего противника."
"Он лишь в последний момент успел защититься от моей шаровой молнии. Правда, в тот же миг ему в спину врезались ледяные колья и частично пробили стихийный доспех. Мастер дёрнулся и пропустил момент моего стремительного приближения.
Пальцы космоперчатки схватили его за защищённое белоснежными молниями горло.
Я сконцентрировал больше альтеры вокруг своей кисти, продавливая стихийный доспех.
— Сдавайся и выживешь, — холодно проговорил я, ударив противника в упор импульсом родовой Ауры.
— Ненавижу! Ненавижу тебя! Тварь! Монстр! Чудовище!!! — залепетал Мастер.
Чего это он? Мы раньше встречались?
— Как ты смеешь, тля, обращаться в таком тоне к моему мужу! — вспылила Соня, приземлившись рядом. Но увидев мою поднятую руку, замерла, пытаясь держать себя в руках.
— Наглец… — пробурчала она себе под нос.
Сконцентрировав немного альтеры в ладони, поднятой руки, я отвесил Мастеру звучную пощёчину, сбив его стихийный шлем.
Н-да, рожа знакомая. А вот этот его глаз, отнюдь не глаз.
Я потянулся рукой к лицу Мастера.
— Нет! Не нужно! Уйди!!! — заверещал он. — Не снова.
Рывком я выдернул из его глазницы пустышку. Шарик-протез.
— Не может быть… — удивлённо прошептала Соня, заглядывая в белое как снег лицо одноглазого Мастера. — Это тот самый?
— Да, — кивнул я. — Один из двух Мастеров Волынского, которые пытались не допустить меня до турнира.
— Ах ты ж гад!!! — воскликнула Соня и врезала кулаком ему в живот.
К этому моменту от давления моей альтеры и Ауры, Слуга Волынских совсем утратил контроль над жи́вой и лишился покрова…
— Кха… — выдохнул он. Я отпустил его, и одноглазый согнулся пополам.
Пока он кашлял в покрытую росой траву, я связался со своими космодесантниками. Одноглазый прокашлялся, я же дёрнул его за шкирку и впился в него взглядом.
— Где Волынский?
— Я… ничего тебе не скажу!
— Говори, идиот подневольный. За прошлое мы с тобой квиты.
