В космодроме Аномальный наследник #10 стартует с ускоренной маховицей и сердитыми турбуналами. Здесь главный герой, как всегда, берёт на себя больше, чем может обычный человек. Его любовь к брату Яне превращается в безусловную защиту, несмотря ни на что — даже когда смертельная опасность поджидала в самой глубине космоса....
Не удивительно, учитывая, что огненные камни очень редки.
Этот гад решил пожертвовать своими же, лишь бы прикончить нас! Форкх его дери, нас четверо! А валяется под ногами двадцать два человека — в пять с половиной раз больше!
— Тварь бесчестная! — гневно воскликнул Андрей Оболенский.
— Покончите с ними! — в ответ рявкнул Годунов.
Газ начал рассеиваться. Похоже, он таки отключил артефакт. Но вряд ли из-за заботы о своих бойцах, а потому что на нас он не действует, а видимость сильно ухудшает.
В меня полетело огненное копьё.
Форкхово дерьмо! Позади меня валяются люди. По возможности мне хотелось бы избежать лишних жертв!
С этой мыслью, я создал щит из молний, сконцентрировав перед ним альтеру, вместо того чтобы тупо уйти в сторону.
Копьё врезалось, и щит начал трескаться. Я влил ещё больше жи́вы и альтеры в эту защиту. Полторы секунд продержится.
Резко рванув влево, я обогнул свой щит. Буквально пару мгновений мне потребовалось, чтобы настичь Годунова.
Ведь он всё ещё был слишком близко ко мне.
А затем я дал волю ярости. По земле вновь разбегались в разные стороны золотые молнии родовой Ауры. Пусть их было меньше, чем раньше — всё-таки эмоции — ограниченный ресурс. Да и не могут они быть постоянно одинаково острыми. Однако эффекта от внезапной активации Ауры хватило, чтобы и без того не самый уравновешенный Дмитрий Годунов сбился с ритма.
Травмы, полученные ранее, давали о себе знать. Он не успевал восстанавливать стихийный доспех с той же скоростью, что и раньше.
Но враг не сдавался.
Напротив, лишь входил в раж.
— Годуновы не проигрывают!!! — в один момент заорал он. — Мы вас разда…
Договорить он не успел, так как мой кулак врезался в его челюсть.
Враг пошатнулся, начал отступать, но я поймал его за грудки и дёрнул на себя.
Продолжил методично избивать эту гнилую тварь, точно боксёрский мешок.
Кожа и мышцы рвались под моими ударами. Ломались и сыпались кости… Но он до последнего держал покров.
Даже когда уже едва стоял на ногах.
— Сдавайся, — коротко произнёс я.
Если сейчас именно он отвечает за оборону Кремлёвского комплекса, и он прикажет остальным защитникам сдать оружие, нам будет проще.
Однако вместо ответа Годунов плюнул в меня. Слюна, смешенная с кровью моего врага, упала перед моей ногой.
— Годуновы… никогда не сдадутся… и не подчинятся! Мы — величайший род! Ты умрешь, падаль чужеземная… А мой сын продолжит моё дело!
Дмитрий, раскинув руки в стороны бросился на меня, будто был рад нашей встречи и хотел обнять.
