В космодроме Аномальный наследник #10 стартует с ускоренной маховицей и сердитыми турбуналами. Здесь главный герой, как всегда, берёт на себя больше, чем может обычный человек. Его любовь к брату Яне превращается в безусловную защиту, несмотря ни на что — даже когда смертельная опасность поджидала в самой глубине космоса....
Облако энергии разрушения вокруг предателей становилось всё более плотным, а я продолжал держать пальцы обеих рук треугольником, насыщая энергией жизни золотой шарик.
Ледяная стена треснула и через секунду рассыпалась на сверкающие осколки, которые тут же испарялись от жара огня и молний.
Огненный щит не смог сбить мой золотой шар с линии атаки. Так что как только пал первый рубеж обороны Ласькина, золотой шарик, пролетев мимо его выставленных вперёд рук, врезался ему в грудь.
Ласькин попятился. Ледяной доспех всё ещё держался на нём.
Тщетно!
Молнии от золотого ядра расходились пульсацией, с каждым тактом усиливаясь. Казалось, маленькое сердце бьётся, стремительно разгоняя своё биение. И вот в тот момент, когда враг попытался избавиться от ядра, особо мощный импульс разнёс в разные стороны чересчур толстые, тугие, словно канаты, золотые молнии.
Доспех Ласькина рассыпался.
Следующий импульс, и…
Ласькин вскрикнул и упал, а я сосредоточился на втором предателе.
И очень вовремя! Мощный огненный поток с расстояния в два метра ударил мне в бок!
Двумя секундами ранее я видел, что Холецкий решил атаковать меня, пока я занят его напарником. Но он не успел!
Без колебаний я расцепил треугольник из пальцев, отпуская контроль над техникой, и отпрыгнул в сторону. Полностью уйти из зоны поражения огненного потока мне не удалось. Но это мне и не было нужно! Главное — я сместился из эпицентра и смог немного подкорректировать концентрацию облака альтеры — отсеял лишнее, изменил его местоположение.
Теперь облако было сосредоточено только вокруг нас с Холецким.
А значит, все его техники теперь заметно ослаблены.
По моему телу пронёсся целый табун золотых молний. Не от Ауры, но от атрибута. Сплетаясь друг с другом, они моментально создали полный стихийный доспех, давший мне дополнительную защиту и скорость.
Зрители с трибун видели, что огненный поток Холецкого ни капли не навредил моему стихийному доспеху.
С этой мыслью я сократил расстояние до противника и, отбив в сторону его правый кулак, провёл мощный апперкот. Попал прямо в центр подбородка. Ещё и облако альтеры в очередной раз видоизменил, повысив концентрацию вокруг кулака.
Огненный шлем Холецкого треснул, вспыхнул и исчез наполовину — осталась только «шапка» на макушке и вокруг неё.
