Вечерняя прогулка стала обычным ритуалом — умиротворяющее место, где можно погрузиться в мысли и расслабиться после напряженного дня. В этот раз было особо важно, что осенний воздух, проникающий сквозь листву, не только охладил тело, но и зарядил энергией, готовой к новым вызовам....
Похоже, «Аномальный наследник. Том 4» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Этот мерзавец покалечил моего сына! Я рад, что вы пригласили меня к себе, но я думал, что вы…
— Что я буду на твоей стороне? — приподнял кустистую бровь Годунов. — Как отец, и как дед я понимаю твою горесть, Миша. Но это бойцовский турнир. От травм никто не застрахован.
— Но у Кирилла нога выглядит так, будто её пропустили через мясорубку! — Министр вооружённых сил со стуком поставил на стол свой бокал."
"— Ты побуянь мне ещё тут, — холодно произнёс Канцлер, но затем сменил гнев на милость: — Я получил отчёт, о травме Кирилла знаю.
— Эм… благодарю, Александр Борисович, — опешил от приятной новости Министр. Целительницы — очень редкие и чересчур своевольные дамы. И так получилось, что у рода Волынских в данный момент не было ни одной целительницы.
В то время как у Годуновых их было аж четыре.
— Не стоит, — отрезал Годунов, сделав глоток коньяка. — Так вот, отчасти я тебя понимаю. Но как Канцлер поддержать твой гнев не имею права.
Волынский попытался удержать невозмутимую маску на лице, но опытный глаз Годунова заметил, как на миг дёрнулись ресницы его товарища.
— Её светлость использовала право «Срочной встречи», чтобы поговорить со мной, — убаюкивающим тоном произнёс Годунов.
— Должно быть, ситуация в самом деле серьёзная, раз великая княгиня решила истратить столь ценное право, — изобразил любопытство Министр.
— Год кончается, Миша, — ровным тоном ответил Годунов. — И право вскоре обновится. Её светлость поступила мудро и потому смогла вовремя поведать мне о нападении на Аскольда Игоревича Сидорова. А до нападения была попытка подкупа. Слышишь, Миша? Кто-то пытался вывести из игры участника всеимперского турнира! — пророкотал Канцлер.
Министр снова сжал кулаки и решительно поднял взгляд на собеседника. Пусть оба этих мужчины были Гуру, пусть оба наделены огромной властью…
Боярин Волынский чувствовал, как его вжимает в спинку кресла тяжёлый взгляд Канцлера. Единственный маршал Российской Империи перед взглядом Канцлера ощущал себя зелёным солдатом, которого отчитывает суровый офицер.
И всё же он смог сохранить достоинство.
