Автор
В провинциальном городке "Анонимные грешники" — особое конкурентное событие, когда родственников собиривают на похоронах. Соперничество за слезы превращается в балладу о неоспоримой эмоциональной силе, но все же есть некий предел даже для громких выкриков и истерических вздохи. В этой реалистичной атмосфере подчас становится жарко, будто ты сам хочешь раствориться в печали смертью....
Мы едем в лифте в гробовой тишине, и к тому времени, как я сажусь на пассажирское сиденье его машины, я чувствую, как горячие, злые слезы покалывают мои веки. Они не упадут, потому что я отказываюсь им позволить. Я никогда им этого не позволяла. Анджело не получит такой власти надо мной, по крайней мере, если он не собирается помогать. Если он не останется и не будет сражаться за меня.
— Я избавил тебя от необходимости трахаться с ним."
"Ярость вырывается из Анджело, как из печь. Его костяшки пальцев на руле побелели, и он ведет свой Aston Martin так, словно угнал его.
— Какое это имеет значение, рано или поздно мне придется это сделать.
Он ударяет кулаком по приборной панели, заставляя меня вздрогнуть.
— Конечно, думаю, тогда это не имеет никакого значения. В любом случае, это был бы не первый гребаный раз, когда ты выставляла себя шлюхой.
Моя кровь стынет в жилах, и на мгновение мое сердце забывает биться.
— Что?
— Ты меня слышала, — рычит он, не сводя глаз с дороги.
Крепко зажмурив глаза, я делаю прерывистый вдох.
— Что я должна была сделать вместо этого, Анджело? Уйти с тобой?
— Да.
— Для чего? Чтобы обнажить перед тобой свою задницу? Чтобы устроить тебе представление как я трогаю себя? — я прислоняюсь головой об окно и стискиваю зубы. — И что потом? Вернуться к Альберто и подвергнуться ещё большему избиению?
Машину резко останавливается, шины визжат по скользкой дороге. Меня откидывает вперед, ремень безопасности врезается мне в шею. Когда я резко оборачиваюсь, чтобы спросить Анджело, что он, черт возьми, творит, он пронзает меня опасным взглядом.
— Повтори это ещё раз.
Лед в его тоне образует комок у меня в горле.
— Что?
Его кулаки сжимаются на коленях.
— Подвергнутся избиению. Что это значит? — его взгляд обжигающий, такой горячий, что я снова прижимаюсь к двери, чтобы убраться от него подальше. — Что Альберто делает с тобой, Рори? — он говорит медленно, как будто не доверяет себе в произнесении этих слов. — Расскажи мне, что он с тобой делает.
Мое лицо заливается краской.
