Автор
В холодном осеннем Лубянке ужасные тайны скрываются под вывеской звезды Дзержина. Вокруг статуи Сталина и в самой глубине кабинета Примакова — секретная встреча, на которой заговорщики рисуют план устранения главы ГРУ. Судьба Советского Союза зависит от решений этих людей, которые знают о подлых играх и предательских перемириях больше никого....
Неудобно же, невольно подумал Романов, в этих, как их… в дишдашах что ли… нет, в Аравии оно называется тоба… ну роба и есть, только длинная…
Перед началом встречи Воронцов выдал генсеку кратенькую справочку по принцу, буквально на одном листочке. В справке значилось, что Абдалле (так, оказывается, правильно читалось его имя) шел 61-й год… почти столько же, сколько и мне, хмыкнул Романов… родился он в столице и был единственным сыном своей матери, но 12-м по счету у отца, тогдашнего короля Абдул Азиза. Так что шансов на карьерный рост у него вообще никаких не было… не было бы, если б не случай — в результате династических войн и переворотов королем в 82 году внезапно стал его родной брат Фахд.
Из прочих подробностей в справке имелось следующее — ислам одобрял не более четырех жен у одного половозрелого мужчины одновременно, поэтому столько у него их и было.
— А на кого они там охотятся с соколами, в своей пустыне? — справился он у Воронцова, чем поставил его в тупик.
— На пустынных волков наверно, — предположил он, но тут на помощь пришел один из референтов.
— В Саудовской Аравии, Григорий Васильевич, — ответил он на поставленный вопрос, — достаточно богатый животный мир, невзирая на пустыни — лисы, газели, зайцы. Там даже крупные кошачьи водятся — нет, не львы и не пантеры, каракалами они называются.
— Это что-то вроде наших рысей? — спросил генсек.
— Точно, почти копия, — подтвердил референт, — только водятся не в лесу, а в степях и пустынях…
— Ну теперь все понятно, — вздохнул Романов, — к встрече с наследным принцем готовы…
— Всегда готовы, — эхом откликнулся Воронцов.
* * *— Салам Аллейкум, мухтарам ас-сайед Абдалла, — выдал Романов вежливое обращение, принятое на Востоке.
— Вааллейкум ассалам мухтарам Романов, — откликнулся принц, — и можете называть меня просто Абдалла.
— Отлично, — обрадовался генсек, потому что иностранные языки явно не были его коньком, — меня тогда тоже можно звать Григорием.
